Бюллетень судебной практики по гражданским делам Свердловского областного суда (первый квартал 2007 г.)

 

Утвержден

постановлением президиума

Свердловского областного суда

от 18 апреля 2007 г.

 

БЮЛЛЕТЕНЬ

СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

СВЕРДЛОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

(ПЕРВЫЙ КВАРТАЛ 2007 ГОДА)

 

Бюллетень содержит Информационное письмо руководителя Федерального казначейства об уплате государственной пошлины бюджетными учреждениями.

 

Вопросы применения семейного законодательства

 

Суд ошибочно удовлетворил заявление об усыновлении ребенка, поскольку для этого по общему правилу необходимо согласие его родителей, а в материалах гражданского дела отсутствуют доказательства, подтверждающие согласие матери на его усыновление.

 

Г. обратилась в суд с заявлением об усыновлении несовершеннолетнего Ч., 2006 года рождения, оставшегося без попечения родителей и с февраля того же года находящегося под опекой заявителя.

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга заявление Г. удовлетворено.

В кассационной жалобе мать мальчика - Т. просила об отмене судебного постановления, обосновывая свою просьбу тем, что не согласна на усыновление сына, желает воспитывать и содержать его сама, о чем намерена была заявить в суде первой инстанции, но в судебном заседании не участвовала, так как была введена в заблуждение относительно его характера (полагала, что это предварительное судебное заседание).

Судебная коллегия отменила решение суда в связи с нарушением норм материального и процессуального права, а также неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела.

Согласно императивным предписаниям ст. 129 Семейного кодекса Российской Федерации для усыновления ребенка по общему правилу необходимо согласие его родителей. Такое согласие должно быть выражено в заявлении, нотариально удостоверенном или заверенном руководителем учреждения, в котором находится ребенок, оставшийся без попечения родителей, либо органом опеки и попечительства по месту производства усыновления ребенка или по месту жительства родителей, а также может быть выражено непосредственно в суде при производстве усыновления. При этом родители вправе отозвать данное ими согласие на усыновление ребенка до вынесения решения суда о его усыновлении.

Усыновление без согласия родителей ребенка допускается лишь в случаях, предусмотренных ст. 130 Семейного кодекса Российской Федерации, если родители: неизвестны или признаны судом безвестно отсутствующими; признаны судом недееспособными; лишены судом родительских прав (при соблюдении правил п. 6 ст. 71 Семейного кодекса Российской Федерации); по причинам, признанным судом неуважительными, более шести месяцев не проживают совместно с ребенком и уклоняются от его воспитания и содержания.

В связи с этим в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 272 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации согласие родителей ребенка на его усыновление, за исключением перечисленных выше случаев, должно быть приложено к представляемому органами опеки и попечительства в суд заключению.

В нарушение указанных требований материалы гражданского дела не содержат отвечающего закону документа, подтверждающего согласие матери мальчика - Т. на его усыновление.

Первоначальное заявление от 13.09.2006 было адресовано органу опеки и попечительства Верх-Исетского района г. Екатеринбурга - не по месту производства усыновления ребенка и не по месту жительства его родителей. Соответственно, заверено оно ненадлежащим органом. Кроме того, как установлено судом, 11.10.2006 согласие на усыновление ребенка Т. было отозвано.

Нового, отвечающего требованиям действующего законодательства, в том числе требованиям Приказа Минобразования Российской Федерации от 20.07.2001 N 2750, заявления о согласии на усыновление ребенка Т. не оформлялось. В качестве такового суд ошибочно расценил заявление матери от 17.10.2006 о возврате ее предыдущего заявления. Однако законом такая возможность не предусмотрена.

При этом суд не учел и того обстоятельства, что согласие родителей на усыновление ребенка, хотя и является необходимым условием усыновления, вовсе не влечет обязательного принятия судом решения об усыновлении.

Между тем, как следует из материалов дела (имеющихся в нем доказательств), ни представителями органов опеки и попечительства, ни непосредственно судом сама Т. не опрашивалась. Хотя с учетом ее крайне непоследовательного поведения, молодого возраста, отсутствия по этой причине значительного жизненного опыта и неизвестности обстоятельств, обусловивших оставление ребенка в роддоме и отказ участвовать в его воспитании и содержании, такая необходимость имелась.

Таким образом, истинное волеизъявление Т., являющееся юридически значимым для принятия решения по делу обстоятельством, судом не выяснено.

Вместе с тем вопрос о возможности усыновления мальчика без согласия его матери по названным в ст. 130 Семейного кодекса Российской Федерации правовым основаниям судом также не рассматривался.

Кроме того, в нарушение предписаний ст. 273 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.04.2006 N 8 О применении судами законодательства при рассмотрении дел об усыновлении (удочерении) детей при подготовке дела к судебному разбирательству судом не был обсужден вопрос о необходимости привлечения к участию в деле других заинтересованных лиц - родственников ребенка. Прежде всего - его бабушки, которая в силу п. 3 ст. 127 Семейного кодекса Российской Федерации имеет приоритет перед заявителем при усыновлении своего внука и, как усматривается из дела, в досудебном порядке предпринимала меры к передаче ей ребенка.

Согласно п. 2 ст. 137 Семейного кодекса Российской Федерации усыновленные дети утрачивают все личные неимущественные и имущественные права и освобождаются от обязанностей не только по отношению к своим родителям, но и к иным своим родственникам. Поэтому с учетом конкретных обстоятельств данного судебного дела бабушка имеет прямой интерес в его исходе, и, следовательно, непривлечение ее к участию в деле является безусловным основанием для отмены постановленного судом решения в соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 364 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Допущены судом и другие нарушения. Вопреки императивным правилам ч. 1 ст. 271, п. 3 ч. 2 ст. 272 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснению п. 5 упомянутого выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в деле отсутствуют и не истребованы судом медицинское заключение экспертной медицинской комиссии органа управления здравоохранением субъекта Российской Федерации о состоянии здоровья, физическом и умственном развитии усыновляемого ребенка, копии свидетельств о рождении усыновителя, о браке или его расторжении.

Наряду с этим требуют дополнительной проверки и указанные Г. в письменных возражениях на кассационную жалобу сведения о наличии у Т. другого брошенного в роддоме ребенка, поскольку п. 3 ст. 124 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено особое условие усыновления братьев и сестер, оставшихся без попечения родителей. Как следствие, названное обстоятельство также является юридически значимым и подлежит выяснению (ст. 270 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 2, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.04.2006 N 8).

С учетом изложенного, принимая во внимание невозможность исправления выявленных нарушений в рамках кассационного судопроизводства, судебная коллегия направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 11 января 2007 г., дело N 33-97/2007

 

Вопросы применения законодательства

о защите прав потребителей

 

Поскольку предприниматель не доказал, что ненадлежащее исполнение обязательства произошло вследствие непреодолимой силы или по иным основаниям, предусмотренным законом, суд не мог освободить его от ответственности.

 

27.09.2005 Н. заключил договор с ИП на изготовление и доставку мебели в срок до 15.10.2005. Н. взятые на себя обязательства исполнил, оплатив при заключении договора стоимость услуг в размере 15000 руб. Однако ответчик ненадлежащим образом выполнил свои обязательства, нарушив срок изготовления заказа, обусловленный договором: вместо 15.10.2005 фактически доставил мебель 10.11.2005. Направленная в адрес ИП претензия оставлена без удовлетворения.

В связи с этим Н. обратился в суд с иском о защите прав потребителей и просил взыскать с ответчика неустойку за нарушение сроков выполнения работы в размере 11700 руб. и компенсацию морального вреда в сумме 2000 руб.

ИП иск не признала, ссылаясь на надлежащее исполнение взятых на себя обязательств по договору. Не отрицала факт просрочки исполнения заказа, но указывала на то, что изменение срока исполнения заказа до 09.11.2005 было согласовано с истцом.

Представитель ответчика К. суду пояснил, что заказ не был своевременно исполнен ответчиком ввиду отсутствия у производителя мебели - ООО Диана Руссо ткани, выбранной истцом при заключении договора. Истцу было своевременно сообщено об этом, неоднократно предлагалось изменить выбор ткани либо получить обратно деньги. Н. несколько раз приезжал в салон, но выбрать подходящей ткани не смог и, отказавшись от возврата денег, согласился ждать заказанную ткань. При поступлении ткани заказ истца в первоочередном порядке был выполнен; при передаче дивана Н. последний собственноручно расписался в акте, подтвердив, что претензий не имеет.

Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга в удовлетворении исковых требований Н. отказано в полном объеме.

В кассационной жалобе Н. просил об отмене решения, указывая на несоответствие выводов суда установленным по делу обстоятельствам. Полагал, что суд, установив нарушение ответчиком срока исполнения заказа, обусловленного договором, необоснованно отказал ему в удовлетворении заявленных требований о взыскании неустойки.

Судебная коллегия отменила решение суда по следующим основаниям.

Отказывая в удовлетворении требований, суд указал в решении, что изменение срока готовности заказа (15.10.2005) сторонами было согласовано и определено моментом получения ответчиком ткани флок.

Указанный вывод суда не основан на имеющихся в деле доказательствах и противоречит обстоятельствам дела.

Как видно из материалов дела, 27.09.2005 сторонами заключен договор на изготовление и доставку мебели в виде дивана Либерти (еврокнижка) в срок до 15.10.2005, стоимость работы определена в размере 15000 руб.

Указанный договор ответчиком исполнен только 10.11.2005, что не оспаривалось им в судебном заседании. Просрочка выполнения услуги составила 26 дней.

В соответствии со ст. 28 Закона Российской Федерации О защите прав потребителей в случае нарушения установленных сроков выполнения работы исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку в размере трех процентов от цены выполнения работы, а если таковая договором не определена - от общей цены заказа.

Согласно ст. 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) является определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. Таким образом, для взыскания неустойки достаточно установления факта неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Разрешая спор, суд установил факт ненадлежащего исполнения обязательства со стороны ответчика, выразившегося в нарушении срока исполнения заказа, обусловленного договором.

Ответчиком не было представлено суду письменных доказательств, свидетельствующих о достижении с Н. соглашения об изменении срока изготовления дивана Либерти, что противоречит ст. 452 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей заключение соглашения об изменении или о расторжении договора в той же форме, что и договор.

При таких обстоятельствах вывод суда об изменении сторонами обусловленного договором срока изготовления мебели противоречит установленным по делу обстоятельствам.

Согласно ст. 13 Закона Российской Федерации О защите прав потребителей предприниматель может быть освобожден от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, если докажет, что это произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным Законом.

В соответствии со ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданско-правовая ответственность наступает при наличии вины (умысла или неосторожности) лица, не исполнившего обязательства либо исполнившего его ненадлежащим образом, кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Этой же нормой определена ответственность всех предпринимателей (при осуществлении предпринимательской деятельности) при отсутствии их вины, если иное не предусмотрено законом или договором. Согласно п. 3 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации к обстоятельствам непреодолимой силы не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке необходимых для исполнения обязательства товаров.

В связи с вышеизложенным судебная коллегия сочла необоснованным довод ИП об отсутствии ее вины (ввиду отсутствия в магазине выбранной истцом ткани) в нарушении срока исполнения заказа.

В связи с этим решение отменено и вынесено новое решение об удовлетворении иска в части.

Установив нарушение ответчиком срока выполнения работы (услуги) и руководствуясь п. 5 ст. 28 Закона Российской Федерации О защите прав потребителей, судебная коллегия удовлетворила заявленные истцом требования о взыскании неустойки. В соответствии со ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе уменьшить неустойку, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательств. При этом судом должны быть приняты во внимание степень выполнения обязательства должником, имущественное положение истца, а также имущественный и всякий иной заслуживающий внимания интерес ответчика. С учетом степени вины ответчика, срока нарушения обязательства судебная коллегия считает возможным снизить размер неустойки до 3000 руб.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае причинения гражданину нравственных или физических страданий действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При этом размер компенсации должен отвечать требованиям разумности и справедливости.

С учетом нравственных переживаний, вызванных несвоевременным исполнением заказа, судебная коллегия взыскала с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 руб.

Одновременно с этим на основании п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации О защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. В данном случае размер штрафа составил 1750 руб.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 16 января 2007 г., дело N 33-160/2007

 

Вопросы применения социального законодательства

 

Отряд милиции особого назначения в соответствии с Федеральным законом О борьбе с терроризмом не является отрядом специального назначения криминальной милиции - подразделением милиции, непосредственно осуществляющим борьбу с терроризмом.

 

Ш. обратился в суд с иском к Главному управлению внутренних дел Свердловской области об установлении льготного исчисления выслуги лет. В обоснование своих требований указал, что проходил службу в отряде милиции особого назначения при Среднеуральском управлении внутренних дел на транспорте с 5 февраля 1995 г. по 1 марта 1997 г. и с 21 января 1998 г. по 23 апреля 2002 г.; выслуга лет ему засчитана при выходе на пенсию из расчета 1 : 1,25. Истец полагал, что имеет право на более льготное исчисление выслуги лет из расчета 1 : 1,5 в соответствии со ст. 22 Федерального закона О борьбе с терроризмом.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга исковые требования были удовлетворены.

Определением судебной коллегии по гражданским делам решение изменено в части указания даты начала периода службы с 5 мая 1995 г., в остальной части решение оставлено без изменения, кассационная жалоба ответчика - без удовлетворения.

В надзорной жалобе Главное управление внутренних дел Свердловской области просило отменить решение суда и определение судебной коллегии по гражданским делам в связи с существенным нарушением судом норм материального права.

Президиум признал решение и определение судебной коллегии незаконными и подлежащими отмене по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, истец Ш. проходил службу в отряде милиции особого назначения при Среднеуральском управлении внутренних дел на транспорте Министерства внутренних дел Российской Федерации с 5 февраля 1995 г. по 4 марта 1997 г. и с 21 января 1998 г. по 23 апреля 2002 г.; расчет выслуги лет при выходе на пенсию ему произведен из расчета 1 : 1,25, что явилось поводом для обращения в суд.

При принятии решения об удовлетворении иска суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 22 Федерального закона О борьбе с терроризмом от 25 июля 1998 г. N 130-ФЗ, в соответствии с которой военнослужащим и сотрудникам федеральных органов исполнительной власти, проходящим (проходившим) службу в подразделениях, непосредственно осуществляющих (осуществлявших) борьбу с терроризмом, в выслугу лет для назначения пенсий засчитывается один день службы за полтора дня. При этом суд сослался на Типовое положение об отряде милиции особого назначения органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденное Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 19 марта 1997 г. N 162 (с изменениями), в соответствии с которым непосредственной задачей отряда милиции особого назначения является борьба с терроризмом.

С таким выводом суда нельзя согласиться, поскольку он основан на неправильном применении и толковании норм материального права.

Отнесение подразделения, в котором проходил службу истец, к указанным в ст. 22 Федерального закона О борьбе с терроризмом подразделениям необоснованно, так как отряд милиции особого назначения Среднеуральского УВД на транспорте не является отрядом специального назначения криминальной милиции - подразделением милиции, непосредственно осуществляющим борьбу с терроризмом, как того требует вышеуказанный Закон.

Указом Президента Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 209 О милиции общественной безопасности (местной милиции) в Российской Федерации и Постановлением Правительства Российской Федерации от 7 декабря 2000 г. N 926 О подразделениях милиции общественной безопасности определена структура милиции общественной безопасности МВД Российской Федерации и утвержден состав милиции общественной безопасности, к которой относятся и подразделения отрядов милиции особого назначения (ОМОН).

Согласно Типовому положению об отряде милиции особого назначения органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденному Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 19 марта 1997 г. N 162, отряд милиции особого назначения органов внутренних дел Российской Федерации является специальным самостоятельным подразделением милиции общественной безопасности, основной задачей которого является обеспечение общественного правопорядка и общественной безопасности, одной из дополнительных функций - возможное привлечение совместно с другими подразделениями для специальных мероприятий по борьбе с терроризмом, следовательно, эта задача основной не является.

Неверной является и ссылка суда на положения подп. г п. 3 Постановления Правительства Российской Федерации О порядке исчисления выслуги лет, назначения и выплаты пенсий и пособий лицам, проходившим военную службу в качестве офицеров, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы или по контракту в качестве солдат, матросов, сержантов и старшин либо службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семьям в Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941.

В соответствии со ст. 18 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 4468-1 О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей порядок исчисления выслуги лет для назначения пенсии лицам, указанным в ст. 1 настоящего Закона, определяется Правительством Российской Федерации.

Правительство Российской Федерации во исполнение данного Закона приняло Постановление от 22 сентября 1993 г. N 941, в подп. г п. 3 которого определено, что в выслугу лет для назначения пенсий уволенным со службы военнослужащим, проходившим службу в подразделениях специального назначения органов внутренних дел с 1 января 1991 г. по перечню подразделений, должностей и на условиях, определяемых Министром внутренних дел Российской Федерации, засчитывается на льготных условиях один месяц службы за полтора месяца.

Между тем, как указывалось выше, отряд милиции особого назначения не является подразделением специального назначения органов внутренних дел, поскольку относится к милиции общественной безопасности согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 7 декабря 2000 г. N 926 О подразделениях милиции общественной безопасности, а отряды милиции специального назначения относятся к криминальной милиции в силу Постановления Правительства Российской Федерации от 7 декабря 2000 г. N 925 О подразделениях криминальной милиции, поэтому отряды милиции особого назначения в упомянутый перечень не входят. В связи с этим положения подп. г п. 3 Постановления от 22 сентября 1993 г. N 941 при исчислении выслуги лет истцу применены быть не могут.

Кроме того, судом не было учтено, что данные правоотношения регулируются п. 4 Постановления Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. N 941, которым сотрудникам подразделений милиции особого назначения установлены льготные условия при исчислении выслуги лет из расчета 1 месяц за 1,25 месяца службы с 1 января 1991 г., и только с 1 августа 2004 г. Постановлением Правительства Российской Федерации от 19 августа 2004 г. N 422 в п. 4 внесены изменения: льготные условия при исчислении выслуги установлены в отрядах милиции особого назначения из расчета 1 месяц за 1,5 месяца службы с 1 августа 2004 г. (подп. б); за период с 1 января 1991 г. по 31 июля 2004 г. выслуга исчисляется в ранее определенном порядке - 1 : 1,25 (подп. в).

Президиум принял по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска.

 

Постановление

президиума Свердловского областного суда

от 28 февраля 2007 г., дело N 44-Г-35/2007

 

Возмещение вреда

 

Согласно конституционно-правовому смыслу п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, выявленному в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 N 440-О, вред, причиненный гражданину в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого, подлежит возмещению в полном объеме государством независимо от вины соответствующих должностных лиц.

 

Ч. обратился в Кировский районный суд г. Екатеринбурга с иском к ГУ Управление внутренних дел Кировского района г. Екатеринбурга, Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации (далее по тексту - МВД Российской Федерации) о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований Ч. указал, что 24.07.2006 в 13:30 на ул. Степана Разина в г. Екатеринбурге он был задержан сотрудниками ГУ Управление внутренних дел Кировского района г. Екатеринбурга. Помощником дежурного А. составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 32.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. После составления данного протокола был доставлен в ГУ Управление внутренних дел Кировского района г. Екатеринбурга, несмотря на то обстоятельство, что 26.06.2006 предъявил сотрудникам ГУ Управление внутренних дел Кировского района г. Екатеринбурга квитанцию от 26.06.2006, свидетельствующую об оплате штрафа, наложенного 19.05.2006. Несмотря на указанные действия, был подвержен административному задержанию с 24.07.2006 по 25.07.2006. Мировым судьей судебного участка N 6 дело о привлечении его к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 32.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, было прекращено в связи с отсутствием события правонарушения. Истец считает, что указанными действиями ему был причинен моральный вред, выразившийся в лишении возможности свободно передвигаться.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 22, 46 Конституции Российской Федерации, ст. 16, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просил взыскать в его пользу моральный вред в размере 50000 руб.

Представитель ответчика - ГУ Управление внутренних дел Кировского района г. Екатеринбурга с исковыми требованиями не согласилась в полном объеме. В отзыве на исковое заявление пояснила, что ГУ Управление внутренних дел Кировского района г. Екатеринбурга не является надлежащим ответчиком. В соответствии со ст. 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, их должностными лицами, а также вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, подлежит возмещению за счет соответствующей казны.

Представитель ответчика - Министерства финансов Российской Федерации с исковыми требованиями также не согласилась. В отзыве на исковое заявление пояснила, что с 01.01.2006 вступил в силу Федеральный закон О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон Об исполнительном производстве, согласно которому главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов и так далее. Следовательно, надлежащим ответчиком по делу по иску Ч. является МВД Российской Федерации. Кроме того, для наступления ответственности по ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя факт причинения вреда, противоправность действия, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь. Доказательств факта причинения морального вреда истцом не представлено.

Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга в удовлетворении исковых требований Ч. к ГУ Управление внутренних дел Кировского района г. Екатеринбурга, Министерству финансов Российской Федерации, МВД Российской Федерации о компенсации морального вреда отказано.

В кассационной жалобе представитель Ч. - П. указала на неправильное применение судом норм материального и процессуального права и просила решение суда отменить.

Судебная коллегия отменила решение суда по следующим основаниям.

Постановляя решение об отказе в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции сослался на положения п. 2 ст. 1070 и ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, которыми предусмотрены основания для возмещения вреда за действия органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда лишь при наличии противоправности их действий, так как в перечень оснований для возмещения вреда, причиненного действиями должностных лиц указанных выше органов (п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), само по себе незаконное административное задержание не включено.

Поскольку в судебном заседании было установлено, что и составление протокола помощником дежурного Кировского РУВД прапорщиком милиции А., и само административное задержание были произведены в соответствии с положениями ч. 1 ст. 20.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оснований для возмещения вреда Ч. по правилам ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, несмотря на то обстоятельство, что событие правонарушения, за которое истец задерживался, отсутствовало.

Судебная коллегия не может согласиться с таким выводом суда, поскольку при постановлении решения суд первой инстанции не применил закон, подлежащий применению, а именно положения п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (в ред. Федерального закона от 09.05.2005 N 45-ФЗ).

Как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2003 года N 440-О по жалобе гражданки Аликиной О.Н., положение лица, задержанного в качестве подозреваемого и помещенного в условия изоляции, по своему правовому режиму, степени применяемых ограничений и претерпеваемых в связи с этим ущемлений тождественно положению лица, в отношении которого содержание под стражей избрано в качестве меры пресечения. Следовательно, и вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия и прокуратуры, должен возмещаться государством в полном объеме независимо от вины соответствующих должностных лиц не только в прямо перечисленных в п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации случаях, но и тогда, когда вред причиняется в результате незаконного применения в отношении гражданина такой меры процессуального принуждения, как задержание.

Таким образом, согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в соответствии с его конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем Определении на основе правовых позиций, которые были выражены Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении, сохраняющем свою силу, подлежит возмещению за счет казны в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда вред, причиненный гражданину не только в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, но и в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно абз. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из материалов дела, истец действительно был подвержен административному задержанию и с 24.07.2006 по 25.07.2006 содержался в камере предварительного заключения при отсутствии события правонарушения.

При таких обстоятельствах судебная коллегия находит, что истцу были причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в том, что он был лишен возможности свободно передвигаться, содержался в камере в тяжелых для него в моральном плане условиях, поскольку указанное обстоятельство само по себе нарушает гарантированное Конституцией Российской Федерации уважение к его личной жизни, свободе.

В связи с тем что, постановляя решение, суд первой инстанции не учел Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2003 года N 440-О, судебная коллегия в соответствии со ст. 362 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации находит решение суда в части отказа в иске о взыскании компенсации морального вреда, причиненного гражданину в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого, подлежащим отмене.

Судебная коллегия в силу абз. 4 ст. 361 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вынесла по делу в этой части новое решение об удовлетворении исковых требований Ч. к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, так как исходя из содержания вышеуказанных норм, а также ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации истец вправе рассчитывать на компенсацию морального вреда.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен вред истцу, его индивидуальных особенностей судебная коллегия определила компенсацию морального вреда в сумме 1000 (одна тысяча) рублей.

При решении вопроса о надлежащем ответчике по данному делу судебная коллегия руководствуется положениями ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации (ст. 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.

Доводы представителя Министерства финансов Российской Федерации о том, что Министерство финансов не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку в соответствии с п. 10 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.12.2005 N 197-ФЗ) по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, в суде от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности, которым в данном случае является МВД Российской Федерации, судебная коллегия не может признать состоятельными. Бюджетным кодексом Российской Федерации регулируются правоотношения между субъектами этих правоотношений в процессе составления проектов бюджетов, их утверждения, формирования доходов и осуществления расходов бюджетов всех уровней (ст. 1 Бюджетного кодекса Российской Федерации). Перечень участников бюджетного процесса приведен в ст. 152 Бюджетного кодекса. Физические лица в этом перечне не указаны, следовательно, они не являются участниками бюджетного процесса, и нормы Бюджетного кодекса к правоотношениям, в которых одной из сторон выступают граждане, неприменимы. Кроме того, ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации конкретно определяет, за счет какой казны производится возмещение вреда в предусмотренных указанной нормой Закона случаях. Данная норма именно для таких случаев предусматривает ответственность казны Российской Федерации, является специальной нормой, поэтому ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации применяться к данным правоотношениям не должна.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 6 февраля 2007 г., дело N 33-616/2007

 

Если договор займа был совершен в письменной форме, то его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний законом не предусмотрено, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с займодавцем или стечения тяжелых обстоятельств.

 

Г. обратилась в суд с иском к Д. о взыскании долга.

В обоснование иска она указала, что 02.02.1998 Д. по телефону попросил у Г. в долг 5000 долларов США. Вечером 02.02.1998 зять Ш. приехал к ней домой, и она передала ему для Д. 5000 долларов. Ш. в этот же вечер передал ей расписку Д. на данную сумму. Срок возврата денег не был оговорен, и она направила Д. телеграмму, которую он получил 30.11.2005, с требованием вернуть долг в течение 30-ти дней. Поскольку долг ответчик не вернул, она обратилась в суд с данным иском и просит взыскать с ответчика сумму, эквивалентную 5000 долларов США, в размере 133942 рубля, исходя из курса доллара, установленного Центральным банком Российской Федерации по состоянию на 30.10.2006 - 26,7884 руб., а также в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за просрочку возврата долга, начиная с 30.11.2005, за 334 дня в размере 14754 руб., исходя из ставки рефинансирования в размере 11%.

Д. иск не признал, пояснив, что Г. в середине 90-х годов давала неоднократно ему и его пасынку Ш. деньги в долг и всегда брала расписки. 02.02.1998 Г. приехала к нему домой, ссылалась на наличие напряженных отношений между ее дочерью и Ш., которые состояли в браке; затем сказала, что Ш. отказался ей вернуть долг в сумме 5000 долларов США, поэтому она попросила его (Д.) написать расписку, что он и сделал, так как Г. в то время работала главным бухгалтером ОАО Продтовары и помогала ему как частному предпринимателю заключать сделки. Однако при написании расписки истец деньги ему не передавала. Кроме того, пояснил, что в 2005 году по решению суда с Ш. по двум распискам от 1996 года были взысканы деньги, которые он (Д.) по расписке от 02.02.1998 гарантировал вернуть Г., при этом не отрицал получение от истца телеграммы с просьбой вернуть долг в сумме 5000 долларов США, которые не брал.

Судом в качестве третьего лица был привлечен Ш., который иск не признал и пояснил, что истец неоднократно давала ему деньги в долг под проценты и он всегда писал расписки. В 1996 году по двум распискам он взял у нее деньги, но не смог вернуть. Утверждает, что 02.02.1998 он к Г. домой не приезжал и денег в сумме 5000 долларов США не брал. По решению суда от 2005 года с него в пользу Г. уже взысканы деньги по долговым распискам за 1996 год; и он деньги Г. выплатил и считает, что истец по этим же распискам хочет взыскать деньги и с Д.

Решением Новоуральского городского суда иск Г. к Д. о взыскании суммы по договору займа оставлен без удовлетворения.

Г. в кассационной жалобе просила решение суда отменить как необоснованное.

Судебная коллегия отменила решение суда ввиду неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела.

В силу п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона передает другой стороне деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу ту же сумму денег или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

В соответствии с п. 2 ст. 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или другой документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В материалах дела имеется расписка от 02.02.1998, согласно которой Д. обязался вернуть Г. 5 (пять) тысяч долларов США, взятые у нее Ш. и переданные ему.

Отказывая Г. в удовлетворении иска, суд пришел к выводу об отсутствии денежных обязательств ответчика перед истцом, сославшись на решение суда от 24.08.2005, которым с Ш. в пользу Г. взыскано 84003 руб. 33 коп. по долговым распискам от 05.02.1996 и от 02.09.1996. Судебная коллегия данный вывод суда находит неверным, так как он противоречит требованиям закона, предусмотренным ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 2 ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договор займа должен быть совершен в письменной форме, его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с займодавцем или стечения тяжелых обстоятельств.

Разрешая спор, суд сослался на показания свидетелей, при этом не учел положение вышеуказанной нормы Закона о том, что, если договор займа был совершен в письменной форме, то его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не предусмотрено, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с займодавцем или стечения тяжелых обстоятельств. Суд неправильно распределил бремя доказывания, придя к неверному выводу о том, что доказательства передачи денег Д. по договору займа должна была представить истец: данный вывод суда сводится к неправильному трактованию материального закона, так как при наличии расписки обязанность по доказыванию безденежности договора займа лежит на заемщике, каковым в данном случае является ответчик.

Поскольку ответчик, не признавая долг, ссылался на то, что он денег по вышеуказанной расписке от истца не получал, фактически оспаривая договор займа, то суду следовало разъяснить ему право на предъявление встречного иска о признании данного договора займа недействительным, что судом не было сделано. При отсутствии доказательств безденежности данного договора, а суду такие доказательства не были представлены, вышеуказанный вывод суда является преждевременным, поэтому решение суда подлежит отмене в силу п. 1 ч. 1 ст. 362 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с направлением дела на новое рассмотрение, так как судебная коллегия лишена возможности устранить отмеченные недостатки.

При новом рассмотрении дела суду следует устранить отмеченные недостатки, разъяснить ответчику право на предъявление встречного иска об оспаривании договора займа, правильно распределить бремя доказывания, учесть обстоятельства, имеющие значение для дела, тщательно проверить доводы и возражения сторон и разрешить спор, дав правильную оценку всем доказательствам в их совокупности.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 8 февраля 2007 г., дело N 33-943/2007

 

Споры, связанные с наследственными правами

 

Поскольку наследник, принявший наследство, договор задатка не заключал и о наличии его на момент принятия наследства не знал, то положения о возврате двойной суммы задатка на него не распространяются и, соответственно, он должен возвратить переданную наследодателю сумму как аванс.

 

С. обратился в суд с иском к А. о возврате суммы задатка в двойном размере - 110000 рублей.

В обоснование иска указал, что 26.05.2005 между ним и Ю. была достигнута договоренность о купле-продаже дома в г. В. Салде. 11.07.2005 были заключены предварительный договор купли-продажи дома и договор о задатке, а впоследствии составлен акт приема-передачи дома. Ю. были переданы в качестве задатка 55000 рублей. Договор купли-продажи дома должен был быть заключен до 31.12.2006, однако 23.01.2006 Ю. умер. Наследница Ю. - А. отказывается оформлять договор купли-продажи дома и возвращать задаток в установленном размере.

А. обратилась в суд со встречным иском к С. о признании предварительного договора купли-продажи дома, договора о задатке, заключенных 11.07.2005 между представителем Ю. - Г. и С., недействительными, так как в доверенности от 19.05.2005, выданной Ю. для Г., отсутствуют полномочия на заключение предварительного договора купли-продажи спорного дома и обеспечение данного обязательства задатком. Одобрение данных сделок от Ю. впоследствии получено не было. В предварительном договоре купли-продажи не указана согласованная между продавцом и покупателем цена дома.

Истец требования встречного иска не признал.

Третье лицо Г. считал исковые требования С. обоснованными и подлежащими удовлетворению, а исковые требования А. - необоснованными.

Решением Верхнесалдинского городского суда иск С. удовлетворен, в удовлетворении встречных исковых требований А. отказано.

В кассационной жалобе ставился вопрос об отмене решения суда как незаконного.

Судебная коллегия отменила в части решение суда по следующим основаниям.

Согласно ст. 429 Гражданского кодекса Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или об оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме.

Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора.

В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор.

В соответствии со ст. 380 Гражданского кодекса Российской Федерации задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения.

Соглашение о задатке независимо от суммы задатка должно быть совершено в письменной форме.

Если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, то в соответствии с п. 2 ст. 381 Гражданского кодекса Российской Федерации она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка.

Согласно п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с п. 1 ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Как установлено судом, между Ю. и С. имелась предварительная договоренность о купле-продаже принадлежащего Ю. дома за 100000 рублей. Ю. была выдана доверенность от 19.05.2005 Г. на продажу спорного дома и земельного участка.

11.07.2005 между С. и Г. был заключен предварительный договор купли-продажи дома, в котором были указаны цена дома - 100000 рублей и срок, в течение которого должен был быть заключен договор купли-продажи - до 31.12.2006, а также договор о задатке на сумму 55000 рублей. Факт передачи денег С. подтверждается расписками Ю.

23.01.2006 Ю. умер, что подтверждается записью в акте о смерти N 72 от 24.01.2006 отдела ЗАГС Верхнесалдинского района Свердловской области.

Наследником Ю. является его дочь - А., что подтверждается свидетельством о праве на наследство по закону, выданным 09.10.2006 нотариусом г. В. Салды.

Согласно выписке от 31.10.2006 из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним право собственности на спорный дом зарегистрировано за А.

Как установлено судом, предварительный договор купли-продажи дома от 11.07.2005, заключенный между С. и Г., действовавшим в интересах Ю. по доверенности, соответствует требованиям, установленным законом для предварительного договора.

Таким образом, суд пришел к правильному выводу о том, что договор задатка должен заключаться вместе с основным договором, то есть в данном случае с договором купли-продажи, который сторонами не заключался.

В соответствии с п. 1 ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Действительно, при принятии наследства к наследнику переходит обязанность исполнения договора купли-продажи.

Нельзя согласиться с выводом суда о том, что, поскольку к наследнику переходит обязанность исполнения договора купли-продажи, он должен при его незаключении возвратить сумму задатка в двойном размере, так как ответственность наследников по долгам наследодателя урегулирована ст. 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации. Договор о задатке долговым не является, потому что носит обеспечительный характер, и, соответственно, положения указанной нормы Закона на него в чистом виде распространяться не должны. Поскольку наследник, принявший наследство, договор задатка не заключал и о наличии его на момент принятия наследства не знал, то положения о возврате двойной суммы задатка на него не распространяются; следовательно, он должен возвратить переданную наследодателю сумму как аванс, то есть 55000 рублей в соответствии с п. 3 ст. 380 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия решение суда в части взыскания двойной суммы задатка признала незаконным и подлежащим отмене с вынесением нового решения о взыскании с ответчика в пользу истца аванса в размере 55000 рублей.

Вместе с тем решение суда в части отказа в удовлетворении встречных требований признано законным и обоснованным, поскольку представитель Г. при заключении соответствующих договоров действовал в пределах полномочий, которыми был наделен по доверенности.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 6 февраля 2007 г., дело N 33-907/2007

 

Дела, возникающие из публичных правоотношений

 

Суд пришел к правильному выводу о том, что изображение карманного календаря и баннера, допущенное в агитационном материале кандидата, следует рассматривать как цитирование из правомерно обнародованного произведения в виде агитационного материала другого кандидата.

 

Зарегистрированный кандидат на должность главы Артемовского городского округа Свердловской области Д. обратился в суд с заявлением об отмене регистрации кандидата на должность главы Артемовского городского округа Свердловской области на выборах 25 марта 2007 года Ю., о возложении обязанности на Артемовскую районную территориальную избирательную комиссию по его исключению из бюллетеней для тайного голосования на выборах на основании подп. д п. 7 ст. 76 Федерального закона Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации в связи с несоблюдением кандидатом Ю. ограничений, предусмотренных п. 1.1 ст. 56 настоящего Федерального закона.

В обоснование заявления Д. указал, что 15 марта 2007 года ООО Квант-2 по заказу кандидата Ю. был выпущен агитационный печатный материал - информационный бюллетень Возродим Артемовский район, который был размещен и распространен на территории избирательного округа. Данный печатный материал был изготовлен с нарушениями избирательного законодательства и законодательства об интеллектуальной собственности. Использование в агитационном печатном материале кандидата Ю. изображений агитационных материалов Д., изготовленных на основе дизайн-макетов Л., без согласия правообладателя является нарушением авторских прав.

Заинтересованное лицо Ю. и представитель Артемовской районной территориальной избирательной комиссии заявление не признали.

Решением Артемовского городского суда в удовлетворении заявления Д. отказано.

В кассационной жалобе заявитель Д. просил решение суда отменить, оспаривая его законность и обоснованность.

Судебная коллегия признала решение суда законным, обоснованным и не подлежащим отмене.

В соответствии с подп. д п. 7 ст. 76 Федерального закона Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации регистрация кандидата может быть отменена судом по заявлению зарегистрировавшей кандидата избирательной комиссии, кандидата, зарегистрированного по тому же избирательному округу, в случае несоблюдения кандидатом ограничений, предусмотренных п. 1 или п. 1.1 ст. 56 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1.1 ст. 56 Федерального закона Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации при проведении предвыборной агитации, агитации по вопросам референдума также не допускается злоупотребление свободой массовой информации в иных, чем указаны в пункте 1 настоящей статьи, формах. Запрещается агитация, нарушающая законодательство Российской Федерации об интеллектуальной собственности.

Законодательство Российской Федерации об интеллектуальной собственности, которое запрещается нарушать при проведении предвыборной агитации, согласно ст. 2 Закона Российской Федерации от 9 июля 1993 года N 5351-1 Об авторском праве и смежных правах (в редакции Федеральных законов от 19 июля 1995 года N 110-ФЗ и от 20 июля 2004 года N 72-ФЗ) основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из Гражданского кодекса Российской Федерации, настоящего Закона, Закона Российской Федерации от 23 сентября 1992 года N 3523-1 О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных, федеральных законов.

Отмена регистрации кандидата является мерой публично-правовой ответственности, применяемой судом к лицам, виновным в совершении определенных нарушений законодательства о выборах. Отмена регистрации применяется в целях наказания виновных лиц, которое состоит в принудительном отказе в реализации этими лицами пассивного избирательного права.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции правильно исходил из требований ст. 48 Федерального закона Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации и положений Закона Российской Федерации Об авторском праве и смежных правах. Суд обоснованно пришел к выводу о том, что оснований для отмены регистрации кандидата Ю. в данном случае не имеется, поскольку в судебном заседании не нашли подтверждения какие-либо виновные действия кандидата Ю., которые в силу вышеуказанных норм избирательного законодательства могли являться основанием для отмены регистрации кандидата.

Судом первой инстанции было установлено, что в агитационном материале кандидата Ю. был использован агитационный материал кандидата Д. в виде изображения карманного календаря со словами: Думай головой! Голосуй за Голованова! и фотографии широкоформатного баннера с аналогичным текстом. Карманный календарь, отпечатанный тиражом 500 экземпляров, являлся агитационным печатным материалом кандидата Д. на выборах в депутаты Государственной Думы по Орджоникидзевскому округу г. Екатеринбурга. Баннер-плакат, изготовленный тиражом 4 экземпляра, был обнародован: расположен для всеобщего обозрения на перекрестке улиц Первомайской - Разведчиков в г. Артемовском.

Суд первой инстанции с учетом положений п. 1 ст. 19 Закона Российской Федерации Об авторском праве и смежных правах пришел к правильному выводу о том, что изображение карманного календаря и баннера с вышеуказанным текстом следует рассматривать как цитирование из правомерно обнародованного произведения в виде агитационного материала кандидата Д., поскольку в целях свободного распространения информации закон допускает использование произведения путем цитирования, которое производится только из обнародованных произведений в объеме, оправданном целью цитирования.

В данном случае целью цитирования, допущенного в агитационном материале кандидата Ю., в соответствии со ст. 48 Федерального закона Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации явилась предвыборная агитация, способствующая созданию отрицательного отношения избирателей к кандидату Д.

Согласно ст. 21 Закона Российской Федерации Об авторском праве и смежных правах допускается свободное использование произведений фотографии, изобразительного искусства, которые постоянно расположены в месте, открытом для свободного посещения.

Судом первой инстанции было установлено, что вышеуказанные агитационные материалы кандидата Д. в соответствии с их назначением распространялись среди избирателей в ходе проведения предвыборной агитации в течение агитационного периода, что было подтверждено объяснениями сторон в судебном заседании, таким образом, находились в местах, которые открыты для свободного посещения в течение всего срока, когда разрешена агитация.

Судом первой инстанции на основании п. 1 ст. 19 и ст. 21 Закона Российской Федерации Об авторском праве и смежных правах обоснованно сделан вывод об отсутствии оснований для отмены регистрации кандидата Ю.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе заявителя в обоснование незаконности решения суда, сводятся к иному толкованию норм материального права, которые были правильно истолкованы судом первой инстанции.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 22 марта 2007 г., дело N 33-2351/2007

 

При повторном поступлении в образовательное учреждение того же уровня или однократном переводе в другое образовательное учреждение того же уровня, а также в случае однократного использования академического отпуска право на отсрочку от призыва на военную службу сохраняется, а не предоставляется заново.

 

Гражданин Ч., 1985 года рождения, обратился в суд с заявлением, в котором оспорил решение призывной комиссии Октябрьского района г. Екатеринбурга от 17.10.2006 о призыве его на военную службу. В обоснование своего требования заявитель указал, что с 01.09.2006 является студентом очной формы обучения государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования Уральский государственный технический университет - УПИ (далее - ГОУ ВПО УГТУ-УПИ) и в связи с этим имеет право на получение отсрочки от призыва на военную службу по основаниям подп. а п. 2 ст. 24 Федерального закона О воинской обязанности и военной службе. Однако в предоставлении такой отсрочки ему незаконно отказано.

Представитель призывной комиссии с доводами Ч. не согласился, указав на то, что в период с 01.09.2003 по 31.01.2005 и с 01.09.2005 по 30.06.2006 заявитель дважды обучался в имеющем государственную аккредитацию негосударственном образовательном учреждении среднего профессионального образования Уральский экономический колледж (далее - НОУ СПО Уральский экономический колледж), в связи с чем решениями от 06.05.2003 и от 20.10.2005 ему предоставлялась отсрочка от призыва. Таким образом, по мнению представителя призывной комиссии, Ч. уже исчерпал свое соответствующее право.

С учетом указанных выше пояснений Ч. в ходе судебного разбирательства уточнил свои требования. Он дополнительно оспорил решение призывной комиссии от 20.10.2005, полагая, что оно также было принято с нарушением закона и его прав, поскольку необходимости в предоставлении повторной отсрочки на период его обучения в одном и том же образовательном учреждении (НОУ СПО Уральский экономический колледж) не имелось. Кроме того, заявитель настаивал на том, что в связи с получением им в ГОУ ВПО УГТУ-УПИ образования более высокого уровня, чем в НОУ СПО Уральский экономический колледж, установленное законом ограничение количества отсрочек от призыва на военную службу (не более двух раз) им не нарушено.

Решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга Ч. в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе он ставил вопрос об отмене судебного постановления, полагая изложенное в нем толкование подп. а п. 2 ст. 24 Федерального закона О воинской обязанности и военной службе неправильным, а выводы суда противоречащими установленным обстоятельствам.

Судебная коллегия отменила решение суда в части по следующим основаниям.

Действительно, как на это обоснованно указывает автор кассационной жалобы, содержание подп. а п. 2 ст. 24 Федерального закона О воинской обязанности и военной службе районным судом истолковано неверно.

Вопреки ошибочным суждениям суда установленное абз. 6 этого подпункта ограничение количества отсрочек от призыва на военную службу (не более двух), которыми вправе воспользоваться граждане, предполагает получение ими образования двух разных уровней (данного и более высокого).

При повторном же получении профессионального образования того же уровня (повторное поступление в образовательное учреждение того же уровня или однократный перевод в другое образовательное учреждение того же уровня), а также в случае однократного использования академического отпуска в соответствии с абз. 4 подп. а п. 2 ст. 24 право на отсрочку от призыва на военную службу сохраняется, а не предоставляется заново, то есть речь идет об одной и той же, а не о двух различных отсрочках.

Кроме того, правило абз. 6 подразумевает законное предоставление отсрочек.

Между тем, как установлено судом, Ч. после своего отчисления из НОУ СПО Уральский экономический колледж был восстановлен в этом образовательном учреждении, а не обучался заново (не поступал повторно). Поэтому в полном объеме был восстановлен его статус студента, и, следовательно, при соблюдении прочих условий, предусмотренных подп. а п. 2 ст. 24, подлежало восстановлению право на отсрочку от призыва на военную службу.

Однако при таких обстоятельствах правила абз. 4 о сохранении права на отсрочку к Ч. неприменимы. В этом заключается еще одна ошибка суда первой инстанции.

Вместе с тем другое правило, установленное абз. 3 того же подпункта, в данном деле судом применено обоснованно. Согласно названной норме право на получение отсрочки от призыва на военную службу для граждан, обучающихся по очной форме в государственных, муниципальных или имеющих государственную аккредитацию по соответствующим направлениям подготовки (специальностям) негосударственных образовательных учреждениях начального профессионального, среднего профессионального и высшего профессионального образования, обусловлено (ограничено) нормативными сроками освоения основных образовательных программ. Как усматривается из материалов дела, такой срок (2 года 10 месяцев) для обучения Ч. в НОУ СПО Уральский экономический колледж истек 30.06.2005, поскольку академический отпуск им не использовался.

С указанной даты, как совершенно верно отметил суд, прекратилось и право заявителя на соответствующую (первую по счету) отсрочку от призыва на военную службу. Однако в нарушение Закона (при отсутствии предусмотренных им оснований) решением призывной комиссии от 20.10.2005 Ч. была предоставлена еще одна отсрочка - до окончания его обучения в НОУ СПО Уральский экономический колледж (до 30.06.2006).

Таким образом, утверждения заявителя о незаконности данного решения призывной комиссии соответствуют истине, но принято оно безусловно в интересах Ч., само по себе его прав и свобод не нарушает, не создает препятствий к их осуществлению и не возлагает на него каких-либо обязанностей. Поэтому судебная коллегия в соответствии с положениями ст. 258 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным согласиться с выводами районного суда, отказавшего Ч. в удовлетворении этой его части заявления (требований).

Что касается второго оспариваемого заявителем решения призывной комиссии - от 17.10.2006, то оснований для оставления без изменения судебного решения в указанной части не имеется, поскольку допущенные призывной комиссией, а вслед за ней и судом нарушения непосредственно затрагивают право Ч. на получение отсрочки от призыва на военную службу.

Такое право (на вторую законную отсрочку) он вновь приобрел с 01.09.2006 в связи с поступлением на обучение по очной форме в ГОУ ВПО УГТУ-УПИ и не может быть лишен его произвольно, по усмотрению каких-либо органов или должностных лиц.

Судебная коллегия решение суда в части отказа Ч. в удовлетворении его требования о признании незаконным и нарушающим права решения призывной комиссии от 17 октября 2006 г. о призыве его на военную службу отменила и постановила новое - об удовлетворении заявления в этой части.

Признала решение призывной комиссии Октябрьского района г. Екатеринбурга от 17 октября 2006 г. о призыве Ч., 1985 года рождения, на военную службу не соответствующим подп. а п. 2 ст. 24 Федерального закона О воинской обязанности и военной службе и нарушающим право заявителя на получение отсрочки от призыва на военную службу.

Обязала указанный выше коллегиальный орган устранить допущенное нарушение и предоставить Ч. отсрочку от призыва на военную службу на время его обучения по очной форме в государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования Уральский государственный технический университет - УПИ, но не свыше нормативных сроков освоения основных образовательных программ (до 30 июня 2011 года).

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 23 января 2007 г., дело N 33-458/2007

 

Вывод суда о том, что регистрация места жительства заявителя была поставлена должностным лицом в зависимость от замены паспорта и это основание является ограничением его прав и свобод, основан на неправильном применении норм материального права.

 

22 августа 2006 года Т. обратилась к начальнику территориального пункта Управления Федеральной миграционной службы России по Свердловской области в Верхотурском районе с заявлением о постановке на регистрационный учет по месту жительства, где она проживает с мужем, предъявив для этого свой паспорт образца 1974 года, выданный ОВД Орджоникидзевского РИК г. Магнитогорска в 1985 году.

Начальник территориального пункта Управления Федеральной миграционной службы России по Свердловской области в Верхотурском районе О. отказала ей в регистрации по названному паспорту, обосновав это в своем решении тем, что регистрация по месту жительства возможна только по действительному паспорту гражданина Российской Федерации. Паспорта образца 1974 года, по мнению О., являются недействительными согласно правовым актам Российской Федерации.

Заявитель считает решение об отказе в регистрации по месту жительства незаконным, нарушающим ее права и свободы, в частности свободу передвижения и выбора места жительства. По мнению заявителя, паспорт образца 1974 года является действительным, поскольку в соответствии с Постановлением Совета Министров СССР от 28.08.1974 N 677 действие паспорта гражданина СССР не ограничивается сроком. Кроме того, заявитель считает, что должностное лицо необоснованно поставило во взаимосвязь регистрацию по месту жительства с вопросом о сроке действия документа, удостоверяющего личность.

В связи с этим Т. обратилась в суд с заявлением о признании незаконным вышеуказанного решения и возложении на должностное лицо обязанности произвести ее регистрацию по месту жительства с проставлением штампа о регистрации в паспорте гражданина СССР, выданном ОВД Орджоникидзевского РИК г. Магнитогорска Челябинской области в 1985 году.

Должностное лицо - начальник территориального пункта Управления Федеральной миграционной службы России по Свердловской области в Верхотурском районе в судебном заседании с заявлением Т. не согласилась, указав, что на основании п. 3 Указа Президента Российской Федерации от 13.03.1997 N 232 Об основном документе, удостоверяющем личность гражданина Российской Федерации на территории Российской Федерации паспорт гражданина СССР действителен до его замены в установленные сроки на паспорт гражданина Российской Федерации. Постановлениями Правительства Российской Федерации срок замены паспорта установлен до 1 июля 2004 года. Поэтому на момент обращения Т. паспорт гражданина СССР является недействительным и подлежит обмену. Т. было предложено произвести регистрацию по новому месту жительства с одновременной заменой паспорта гражданина СССР на паспорт гражданина Российской Федерации. В удовлетворении требований заявителя просила отказать.

Решением Верхотурского районного суда заявление Т. удовлетворено.

В кассационной жалобе должностное лицо просило об отмене решения как незаконного.

Судебная коллегия отменила решение суда в связи с неправильным применением и толкованием норм материального права.

В силу ч. 1 ст. 254 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданин, организация вправе оспорить в суде решение, действие (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если считают, что нарушены их права и свободы.

Удовлетворяя требования Т., суд пришел к выводу о незаконности действий должностного лица по отказу заявителю проставить в паспорт образца 1974 года штамп о регистрации места жительства, поскольку законодательством Российской Федерации не закреплен конкретный срок действия паспорта гражданина СССР, а сроки, установленные для МВД Российской Федерации по замене паспорта советского образца на паспорт гражданина Российской Федерации, автоматически не влекут за собой недействительность паспорта гражданина СССР.

Однако с таким выводом суда нельзя согласиться.

В соответствии со ст. 254 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предметом судебной проверки по заявлению Т. являлась правомерность или неправомерность действий должностного лица по отказу проставить штамп о регистрации места жительства в паспорт заявителя образца 1974 года.

Согласно п. 2 и п. 11.2.6 Положения о территориальном пункте Управления Федеральной миграционной службы по Свердловской области в Верхотурском районе пункт создан для осуществления правоприменительных функций, функций по контролю, надзору и оказанию государственных услуг в сфере миграции, а также для реализации отдельных установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации задач и функций Федеральной миграционной службы и ее территориальных органов.

В полномочия территориального пункта входит регистрационный учет граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, а также регистрация иностранных граждан и лиц без гражданства, временно пребывающих и проживающих на территории Российской Федерации.

Согласно Указу Президента Российской Федерации от 13 марта 1997 года N 232, п. 1 Положения о паспорте гражданина Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 08.07.1997 N 828 (с последующими изменениями), паспорт гражданина Российской Федерации является основным документом, удостоверяющим личность гражданина Российской Федерации на территории Российской Федерации.

В соответствии с Правилами о регистрации и снятии граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации (в редакции Постановлений Правительства Российской Федерации от 23.04.1996 N 512, от 14.02.1997 N 172, от 16.03.2000 N 231, от 14.08.2002 N 599, от 22.12.2004 N 825, с изменениями, внесенными Постановлением Правительства Российской Федерации от 12.03.1997 N 290, Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 02.02.1998 N 4-П), утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 17.07.1995 N 713, документами, удостоверяющими личность граждан Российской Федерации, необходимыми для осуществления регистрационного учета, являются: паспорт гражданина Российской Федерации, удостоверяющий личность гражданина Российской Федерации на территории Российской Федерации; паспорт гражданина СССР, удостоверяющий личность гражданина Российской Федерации, до замены его в установленный срок на паспорт гражданина Российской Федерации.

Пунктом 8 указанных Правил предусмотрено, что нарушение требований настоящих Правил влечет за собой ответственность должностных лиц и граждан в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 08.07.1997 N 828 Об утверждении положения о паспорте гражданина Российской Федерации, образца бланка и описания паспорта гражданина Российской Федерации (с последующими изменениями от 23.01.2004) определен срок поэтапной замены паспорта гражданина СССР на паспорт гражданина Российской Федерации до 1 июля 2004 года.

На основании указанных норм права нельзя согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что регистрация места жительства заявителя Т. была поставлена должностным лицом территориального пункта Управления Федеральной миграционной службы России по Свердловской области в Верхотурском районе в зависимость от замены документа, удостоверяющего личность, и это обстоятельство является ограничением жилищных прав и свобод заявителя.

Должностное лицо, отказывая в проставлении штампа регистрации места жительства заявителю, действовало в рамках полномочий, определенных Положением о территориальном пункте Управления Федеральной миграционной службы по Свердловской области в Верхотурском районе, и согласно Правилам о регистрации и снятии граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации (с изменениями и дополнениями на 22.12.2004), утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 17.07.1995, которыми установлено, что документом, удостоверяющим личность граждан Российской Федерации, необходимым для осуществления регистрационного учета, является паспорт гражданина Российской Федерации и паспорт гражданина СССР, однако до замены его в установленный срок на паспорт гражданина Российской Федерации.

Замену паспорта в соответствии с абз. 3 п. 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 8 июля 1997 года N 828 Об утверждении Положения о паспорте гражданина Российской Федерации (в редакции Постановлений Правительства Российской Федерации от 25 сентября 1999 года N 1091, от 5 января 2001 года N 7, от 22 января 2002 года N 32, от 2 июля 2003 года N 329, от 23 января 2004 года N 35) Министерству внутренних дел Российской Федерации поручено осуществить до 1 июля 2004 года.

Поэтому вывод суда о том, что должностным лицом регистрация места жительства заявителя была поставлена в зависимость от замены паспорта и это основание является ограничением прав и свобод заявителя, поскольку законодательством Российской Федерации не закреплен конкретный срок действия паспорта гражданина СССР, а сроки, установленные для МВД Российской Федерации по замене паспорта советского образца на паспорт гражданина Российской Федерации, автоматически не влекут за собой недействительность паспортов гражданина СССР, основан на неправильном применении норм материального права.

Федеральный закон О гражданстве Российской Федерации, на который ссылается заявитель и на основании которого делает свой вывод суд первой инстанции, действительно не регулирует вопросы, связанные со сроками действия паспорта гражданина СССР.

Статья 10 указанного Федерального закона предусматривает, что основные виды документов, удостоверяющих личность гражданина Российской Федерации, определяются федеральным законом.

Однако до настоящего времени такой закон не принят, и поэтому Президент Российской Федерации в соответствии с предоставленными ему Конституцией Российской Федерации полномочиями вправе издавать указы, восполняющие пробелы в правовом регулировании по вопросам, требующим законодательного разрешения, при условии, что такие указы не противоречат Конституции Российской Федерации и федеральным законам. Правительство Российской Федерации в соответствии с поручением Президента Российской Федерации до 1 июня 1997 года утвердило Положение о паспорте гражданина Российской Федерации.

Довод заявителя о том, что сроки, установленные МВД Российской Федерации по замене паспорта советского образца на паспорт гражданина Российской Федерации, не влекут недействительность паспорта образца 1974 года, не может быть принят во внимание, поскольку предметом рассмотрения дела является оспаривание действий должностного лица, проявившихся в отказе в проставлении штампа о регистрации места жительства в паспорт образца 1974 года, а действительность или недействительность этого паспорта не оспаривается. Поскольку должностное лицо действовало в рамках нормативных правовых актов Российской Федерации, отказывая заявителю в проставлении штампа о регистрации места жительства в паспорт образца 1974 года, то его действия являются правомерными и не служат основанием ограничения реализации прав и свобод заявителя. Кроме того, в настоящее время заявитель не лишена возможности произвести обмен имеющегося у нее паспорта образца 1974 года на паспорт гражданина Российской Федерации, но отказывается от этого по субъективным причинам.

Судебная коллегия вынесла новое решение об отказе в удовлетворении заявления Т.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 11 января 2007 г., дело N 33-34/2007

 

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

 

Подсудность

 

Право на обжалование постановления по делу об административном правонарушении в порядке гл. 30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предоставлено только лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

 

А. является собственником автомобиля ВАЗ-21093. 20.09.2006 инспектором ДПС автомобиль был задержан по подозрению на несоответствие номерных агрегатов автомобиля маркировочным данным, составлен протокол задержания транспортного средства, автомобиль передан на хранение на специализированную стоянку ООО Фирма Оптима-2.

А. обратился в суд с заявлением о признании действий сотрудников РУВД и ГИБДД г. Екатеринбурга неправомерными. Требования мотивировал отсутствием оснований для задержания транспортного средства и помещения его на штрафную стоянку, поскольку не допускал нарушения правил эксплуатации транспортного средства; автомобиль прошел технический осмотр, был поставлен на регистрационный учет, при этом проведена сверка номеров. Просил признать незаконными действия инспектора ДПС ГИБДД и отменить протокол задержания транспортного средства.

Кировским районным судом г. Екатеринбурга постановлено определение об отказе в принятии заявления А. С данным определением заявитель не согласился, в частной жалобе им поставлен вопрос об отмене определения как незаконного.

Судебная коллегия по гражданским делам отменила определение суда по следующим основаниям.

Отказывая А. в принятии заявления, суд первой инстанции исходил из того, что заявление подлежит рассмотрению в порядке пересмотра постановлений по делам об административных правонарушениях, следовательно, рассмотрение вопроса в порядке гражданского судопроизводства невозможно.

Однако с такими выводами согласиться нельзя. Согласно п. 1 ч. 1 ст. 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, если оно рассматривается и разрешается в ином судебном порядке.

Это означает, что хотя рассмотрение и разрешение заявления подведомственно суду общей юрисдикции, но осуществляется им не в гражданском, а в ином виде судопроизводства: либо в порядке уголовного судопроизводства, либо в порядке производства по делам об административных правонарушениях, установленном Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации от 20 января 2003 г. N 2, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если оно не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку рассматривается и разрешается в ином судебном порядке.

Исходя из этого недопустимо принятие и рассмотрение в порядке, предусмотренном гл. 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заявлений об оспаривании таких решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, для которых федеральными законами (Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и другими) установлен иной судебный порядок оспаривания (обжалования).

Задержание транспортного средства в соответствии со ст. 27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях производится в случаях: управления транспортным средством водителем, не имеющим при себе документов на транспортное средство, документов, подтверждающих право владения, пользования или распоряжения управляемым им транспортным средством в отсутствие его владельца; управления транспортным средством водителем, не имеющим права управления им или лишенным этого права; управления транспортным средством водителем, находящимся в состоянии алкогольного опьянения; нарушения правил остановки транспортного средства и так далее. Во всех перечисленных случаях транспортное средство задерживается до устранения причины задержания, задержание транспортного средства является мерой обеспечения производства по делу об административном правонарушении.

Лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, предоставлено право обжаловать постановление по делу об административном правонарушении (п. 3 ч. 1 ст. 30.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В рассматриваемом деле данных о привлечении А. к административной ответственности нет.

При таком положении рассмотрение дела по нормам Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях исключается, а заявление А. необходимо рассматривать на основе норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то есть в гражданском судопроизводстве по правилам гл. 25 Кодекса.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 11 января 2007 г., дело N 33-49/2007

 

Решение суда

 

При рассмотрении заявления об индексации денежных сумм суд, руководствуясь ст. 208 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, неверно истолковал ее содержание, что повлекло ошибки в правоприменении.

 

Решением суда на ФГУП НПО автоматики была возложена обязанность предоставить В. в черте г. Екатеринбурга однокомнатную благоустроенную квартиру жилой площадью не менее 17 кв. м.

Определением того же суда от 20.12.2000 по заявлению истца (взыскателя) был изменен способ исполнения решения и с ответчика (должника) вместо исполнения обязательства в натуре в пользу В. взыскана денежная сумма в размере 244300 руб.

Следующим определением от 23.03.2005 в порядке, предусмотренном ст. 208 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, произведена индексация присужденной ранее суммы и в пользу В. дополнительно взыскано 198738 руб. 05 коп.

В связи с несвоевременным и неполным исполнением требований исполнительного документа в сентябре 2006 года В. вновь обратилась в суд с заявлением об индексации.

Представитель ФГУП НПО автоматики с заявлением В. не согласился, ссылаясь на то, что законом не предусмотрена повторная индексация сумм индексации, а также ее взыскание за период приостановления исполнительного производства, которое имело место в июне 2006 года.

Постановленным судом 02.11.2006 определением требования В. удовлетворены. В ее пользу с ФГУП НПО автоматики взыскано 41177 руб. 79 коп.

В частной жалобе должник просил об отмене этого определения. По мнению автора жалобы, суд допустил ошибку, проиндексировав взысканную определением суда сумму предыдущей индексации, тогда как индексации подлежала лишь сумма денежных средств, взысканных в соответствии с решением суда. Кроме того, кассатор полагал, что суд нарушил правила ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку вышел за пределы заявленных В. требований и присудил в ее пользу большую, чем она просила (23328 руб. 22 коп.), сумму.

Судебная коллегия отменила определение суда в связи с необоснованностью и нарушением судом норм процессуального права.

Согласно ст. 208 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по заявлению взыскателя или должника суд, рассмотревший дело, может произвести индексацию взысканных ранее денежных сумм на день исполнения решения суда. Поэтому суд правильно руководствовался этой процессуальной нормой при рассмотрении заявления В., однако ее содержание истолковал неверно, что повлекло следующие ошибки в правоприменении.

Действительно, как справедливо указывал автор жалобы, по смыслу ст. 208 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации индексации подлежала денежная сумма (244300 руб.), присужденная к взысканию в пользу В. определением от 20.12.2000 во изменение способа исполнения решения суда. Однако вместе с ней, как ее неотъемлемая часть, за период неисполнения судебного решения вопреки заблуждению кассатора должна индексироваться и присужденная определением суда от 23.03.2005 сумма предыдущей индексации (198738 руб. 05 коп.). Их разделение является ошибкой заявителя, а вслед за ней и суда, который в данном случае в силу закона не связан ее требованиями (представленным расчетом).

При этом индексацию суду следовало производить за период, не охваченный предыдущей индексацией, то есть с марта 2005 года по день полного или частичного исполнения судебного решения.

Между тем индексы потребительских цен запрошены судом лишь по отношению к уровню цен апреля 2005 года. Подтвержденные какими-либо доказательствами сведения о фактическом исполнении должником решения в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, если учитывать, что частичное погашение долга в сумме 38988 руб. 67 коп. было произведено ФГУП НПО автоматики в октябре 2005 года, то для правильного рассмотрения дела суду необходимы были индексы за период с марта 2005 года по октябрь того же года и с октября 2005 года по день вынесения определения; а сам расчет должен был выглядеть следующим образом: сумма долга x (индекс потребительских цен октября 2005 года к марту 2005 года - 1) + (сумма долга - 38988 руб. 67 коп.) x (индекс потребительских цен октября 2006 года к октябрю 2005 года - 1).

Суд не учел этого и допустил двойную индексацию части денежных сумм за один и тот же период (с октября 2005 года по октябрь 2006 года).

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 16 января 2007 г., дело N 33-218/2007

 

Поскольку частное определение затрагивает права и свободы человека или организации, то оно может быть обжаловано в вышестоящий суд в целях устранения нарушения закона и защиты прав заинтересованного лица, несмотря на то, что это определение не исключает возможности дальнейшего движения дела и закон не предусматривает возможности его обжалования.

 

И. и Ш. обратились в суд с иском к ГУВД СО о перерасчете пенсии. Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга требования истцов удовлетворены частично.

По данному делу судом в адрес ГУВД СО вынесено частное определение, на которое ГУВД СО подало частную жалобу.

Определением суда в принятии частной жалобы отказано с указанием на то, что частные определения не обжалуются, ибо это не предусмотрено Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.

В частной жалобе на данное определение ГУВД СО просило отменить данное определение как незаконное.

Судебная коллегия отменила определение по следующим основаниям.

Статья 226 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, что при выявлении случаев нарушения законности суд вправе вынести частное определение и направить его в соответствующие организации или соответствующим должностным лицам, которые обязаны в течение месяца сообщить о принятых мерах.

Согласно ст. 371 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определение суда первой инстанции может быть обжаловано, если это прямо предусмотрено Кодексом, а также в том случае, если определение суда исключает возможность дальнейшего движения дела.

В статье 226 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не указано, что частное определение может быть обжаловано в вышестоящий суд, не преграждает оно и дальнейшего движения дела.

Между тем ст. 46 Конституции Российской Федерации устанавливает, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Невозможность обжалования частного определения ограничивает право лица, чьи права и законные интересы затронуты данным определением, на судебную защиту. Частное определение затрагивает права и свободы человека или организации, поэтому оно может быть обжаловано в целях устранения нарушения закона и защиты прав заинтересованного лица. В том случае, если лицо, в отношении которого вынесено частное определение, участвовало в деле, оно может обжаловать частное определение в кассационном (апелляционном) и надзорном порядке. Если это лицо не участвовало в деле, то оно вправе в соответствии со ст. 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обжаловать такое определение в надзорном порядке.

По данному делу ГУВД СО является лицом, участвующим в деле; как оно указывает, частным определением нарушены его права, поэтому оно может обжаловать частное определение, вынесенное в его адрес.

Судебная коллегия направила дело в суд, вынесший обжалуемое определение, для разрешения вопроса о принятии частной жалобы и выполнения требований ст. 343 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 20 февраля 2007 г., дело N 33-1403/2007

 

Производство, связанное с исполнением

судебных постановлений и постановлений иных органов

 

Поскольку законодатель наделил органы Государственного пожарного надзора полномочиями не только по рассмотрению дел об административных правонарушениях, но и по контролю за исполнением вынесенных ими постановлений о наложении штрафов в интересах Российской Федерации, по предъявлению их для принудительного исполнения, то эти органы вправе обратиться в суд с жалобой на действия судебного пристава-исполнителя в интересах государства.

 

Начальник отдела Государственного пожарного надзора г. Краснотурьинска, являясь должностным лицом, вынесшим постановление о наложении административного наказания в виде штрафа на МОУ Средняя общеобразовательная школа N 23, обратился в суд с жалобой на действия судебного пристава-исполнителя Краснотурьинского отдела Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Свердловской области, возвратившего исполнительный документ без исполнения со ссылкой на невозможность исполнения.

Краснотурьинским городским судом вынесено определение о возврате жалобы.

Отменяя вышеуказанное определение, судебная коллегия указала следующее.

Как видно из материалов, приобщенных к частной жалобе, главным государственным инспектором г. Краснотурьинска 13 сентября 2006 года вынесено постановление о привлечении МОУ Средняя общеобразовательная школа N 23 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, наложен штраф в размере 10000 руб.

30 октября 2006 года постановление было направлено для исполнения в службу судебных приставов. 4 декабря 2006 года судебный пристав-исполнитель Краснотурьинского отдела Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Свердловской области вынес постановление об окончании исполнительного производства в связи с отсутствием имущества и денежных средств у должника, возвратил исполнительный документ в орган, его выдавший, то есть заявителю.

Возвращая жалобу без рассмотрения, суд в определении указал два основания: 1) заявитель не имеет права обращаться в суд с жалобой на действия судебного пристава-исполнителя, поскольку не является ни взыскателем, ни должником; 2) заявление подписано и подано лицом, не имеющим полномочий на его подписание и предъявление в суд.

Судебная коллегия отменила определение по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Статья 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что суд возбуждает гражданское дело по заявлению лица, обратившегося за защитой своих прав, свобод и законных интересов. В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами, гражданское дело может быть возбуждено по заявлению лица, выступающего от своего имени в защиту прав, свобод и законных интересов другого лица, неопределенного круга лиц или в защиту интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Порядок участия в суде Российской Федерации и субъектов Российской Федерации установлен ст. 10, 11 Конституции Российской Федерации, ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации. Государственная власть в Российской Федерации осуществляется, в частности, органами исполнительной власти. От имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Государственный пожарный надзор в Российской Федерации осуществляется должностными лицами органов Государственного пожарного надзора, находящихся в ведении федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области пожарной безопасности. Должностные лица Государственного пожарного надзора входят в систему государственной власти, действуют от имени и в защиту интересов государства в силу их компетенции, предусмотренной Федеральным законом О пожарной безопасности от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ (с изменениями и дополнениями).

Главный государственный инспектор Российской Федерации, главные государственные инспектора субъектов Российской Федерации, осуществляющие государственный пожарный контроль, вправе рассматривать дела об административных правонарушениях в силу ст. 23.34 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Статья 31.3 Кодекса предусматривает, что обращение постановления по делу об административном правонарушении к исполнению возлагается, в частности, на орган, должностное лицо, вынесшие постановление. Статья 32.2 Кодекса регулирует порядок исполнения постановления о наложении административного штрафа: при отсутствии документа, свидетельствующего об уплате административного штрафа, по истечении тридцати дней со срока, указанного в части 1 настоящей статьи, орган, должностное лицо, вынесшие постановление, направляют соответствующие материалы судебному приставу-исполнителю для взыскания суммы административного штрафа в порядке, предусмотренном федеральным законодательством.

В соответствии со ст. 90 Федерального закона Об исполнительном производстве на действия судебного пристава-исполнителя по исполнению исполнительного документа взыскателем или должником может быть подана жалоба.

Поскольку законодатель наделил органы по рассмотрению дел об административных правонарушениях полномочиями по контролю за исполнением постановлений о наложении штрафа в интересах Российской Федерации, по предъявлению для принудительного исполнения постановлений о наложении административного наказания в виде штрафа, которые в соответствии со ст. 7 Федерального закона Об исполнительном производстве относятся к исполнительным документам и подлежат исполнению наряду с другими исполнительными документами в порядке и в соответствии с требованиями, установленными этим Законом, судебная коллегия приходит к выводу, что эти органы вправе обратиться в суд с жалобой на действия судебного пристава-исполнителя в интересах государства. Иное противоречило бы Конституции Российской Федерации, другим законам и привело бы к ущемлению интересов Российской Федерации как государства в целом, так и его субъектов.

Кроме того, судья неправильно применил в данном случае норму гражданского процессуального законодательства. Как видно из мотивировочной части определения, суд пришел к выводу, что Госпожнадзор не является тем субъектом, которому предоставлено право обращения в суд с жалобой на действия судебного пристава-исполнителя. В случае правомерности таких суждений это обстоятельство могло служить основанием для отказа в принятии жалобы на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Судьей же вынесено определение о возврате жалобы на основании п. 4 ч. 1 ст. 135 Кодекса по тому основанию, что она подписана лицом, не имеющим полномочий на ее подписание и предъявление в суд. Указанные основания имеют разный характер и различные правовые последствия, что прямо вытекает из толкования норм гражданского процессуального законодательства (гл. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 15 февраля 2007 г., дело N 33-1275/2007

 

Федеральным законом Об исполнительном производстве обжалование действий судебных приставов-исполнителей по исполнению документов, выданных не арбитражным судом, а иными органами, включается в подведомственность судов общей юрисдикции независимо от субъектного состава лиц, обратившихся в суд с такой жалобой.

 

МРИ ФНС России N 2 по Свердловской области, вынесшая постановление о взыскании с должника - Красноуфимского муниципального Фонда поддержки малого предпринимательства (ФПП) задолженности по уплате налогов и пени, обратилась в суд с жалобой на действия судебного пристава-исполнителя Красноуфимского отдела Управления Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Свердловской области, возвратившей исполнительный документ (постановление МРИ ФНС) без исполнения и окончившей исполнительное производство.

Красноуфимским городским судом вынесено определение об отказе в принятии жалобы.

В частной жалобе заявитель просил отменить определение судьи, ссылаясь на его незаконность и необоснованность.

Судебная коллегия отменила определение суда по следующим основаниям.

Как следует из материалов, приобщенных к частной жалобе, Межрайонной инспекцией ФНС России N 2 по Свердловской области 31.10.2006 вынесено постановление о взыскании налогов, пени, взыскание по которым в силу ст. 45 Налогового кодекса Российской Федерации производится в бесспорном порядке.

Данный исполнительный документ (постановление МРИ ФНС) был направлен для исполнения в службу судебных приставов, 01.11.2006 принят судебным приставом-исполнителем к исполнению и постановлением судебного пристава-исполнителя от 20.12.2006 возвращен заявителю в связи с невозможностью взыскания; вынесено постановление об окончании исполнительного производства, с чем заявитель не согласился и подал в Красноуфимский городской суд жалобу на действия судебного пристава-исполнителя.

Отказывая в принятии жалобы, судья в определении указал в качестве основания, что заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку рассматривается и разрешается в ином судебном порядке, под которым судья, ссылаясь на положения ч. 1 ст. 329, ч. 1 ст. 27, п. 1 ст. 29, ч. 1 ст. 197 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 90 Федерального закона Об исполнительном производстве, полагал оспаривание в арбитражном суде решения, действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя, осуществляемых им при исполнении актов арбитражных судов, исполнительных документов иных органов, за исключением судебных актов судов общей юрисдикции.

Судебная коллегия не согласилась с такими выводами суда, поскольку они противоречат требованиям закона.

В соответствии со ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Статья 4 Кодекса предусматривает, что суд возбуждает гражданское дело по заявлению лица, обратившегося за защитой своих прав, свобод и законных интересов.

В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами, гражданское дело может быть возбуждено по заявлению лица, выступающего от своего имени в защиту прав, свобод и законных интересов другого лица, неопределенного круга лиц или в защиту интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Порядок участия Российской Федерации как государства, субъектов Российской Федерации установлен ст. 10, 11 Конституции Российской Федерации, ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации. Государственная власть в Российской Федерации осуществляется, в частности, органами исполнительной власти. От имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Часть 1 ст. 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с ч. 3 ст. 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к подведомственности арбитражных судов федеральным законом могут быть отнесены и иные дела.

Решения и действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя могут быть оспорены в суде в случаях, предусмотренных указанным Кодексом и другим федеральным законом (ч. 1 ст. 329 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Однако ст. 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которая устанавливает подведомственность споров арбитражному суду, не относит к подведомственности арбитражных судов дела об оспаривании решений и действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя в том случае, если он исполняет решение несудебного органа.

Данную категорию дел не относит к компетенции арбитражных судов и ст. 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которая предусматривает специальную подведомственность дел арбитражным судам.

Статья 90 Федерального закона Об исполнительном производстве допускает обжалование действий судебных приставов-исполнителей в арбитражный суд только в том случае, если исполнительный документ выдан этим органом.

Обжалование действий судебных приставов-исполнителей по исполнению документов иных органов Федеральный закон Об исполнительном производстве включает в подведомственность судов общей юрисдикции независимо от субъектного состава лиц, обратившихся в суд с такой жалобой.

Следовательно, исходя из того, что законодательством не предусмотрена норма, которая относила бы к подведомственности арбитражных судов дела по рассмотрению жалоб, поданных на действия судебных приставов-исполнителей по исполнительному документу, выданному несудебным органом, данная категория дел независимо от субъектного состава подведомственна судам общей юрисдикции, за исключением тех случаев, когда оспариваются решения и действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя, связанные с исполнением исполнительного документа, выданного арбитражным судом.

В соответствии со ст. 7 Федерального закона Об исполнительном производстве, предусматривающей перечень исполнительных документов, постановления судебного пристава-исполнителя относятся к исполнительным документам и подлежат исполнению наряду с другими исполнительными документами в порядке и в соответствии с требованиями, установленными этим Законом, постановлениями иных органов в случаях, предусмотренных федеральным законом.

При таких обстоятельствах эти органы вправе обратиться в суд с жалобой на действия судебного пристава-исполнителя в интересах государства; иное противоречило бы Конституции Российской Федерации, другим законам и привело бы к ущемлению интересов Российской Федерации как государства в целом, так и его субъектов; это обстоятельство не могло служить основанием для отказа в принятии жалобы на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание допущенные на стадии принятия жалобы нарушения закона и не имея возможности их устранить, судебная коллегия направила жалобу на новое рассмотрение со стадии принятия.

 

Определение

судебной коллегии по гражданским делам

Свердловского областного суда

от 20 февраля 2007 г., дело N 33-1372/2007

 

ИНФОРМАЦИОННОЕ ПИСЬМО

РУКОВОДИТЕЛЯ ФЕДЕРАЛЬНОГО КАЗНАЧЕЙСТВА

ОБ УПЛАТЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОШЛИНЫ

БЮДЖЕТНЫМИ УЧРЕЖДЕНИЯМИ

 

В Федеральное казначейство поступают обращения территориальных органов Федерального казначейства о назревающей проблеме в работе с бюджетными учреждениями, связанной с проставлением отметки органов Федерального казначейства при возврате экземпляра платежного поручения о перечислении налогов, сборов и иных обязательных платежей в бюджетную систему Российской Федерации.

В соответствии со статьей 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при обращении в суд с иском к исковому заявлению должен быть приложен документ, подтверждающий уплату государственной пошлины. Аналогичные требования установлены статьями 322, 339, 378 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при обращении в суд с апелляционными, кассационными, надзорными жалобами на судебные акты.

Статьей 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что факт уплаты государственной пошлины плательщиком в безналичной форме подтверждается платежным поручением с отметкой банка о его исполнении. В информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 мая 2005 г. N 91 О некоторых вопросах применения арбитражными судами главы 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации арбитражным судам Российской Федерации рекомендовано обращать внимание на то, что доказательством уплаты государственной пошлины в безналичной форме является платежное поручение, на котором проставлены в поле Списано со счета плательщика - дата списания денежных средств со счета плательщика (при частичной оплате - дата последнего платежа), в поле Отметки банка - штамп банка и подпись ответственного исполнителя (пункт 3.8 части 1 Положения о безналичных расчетах в Российской Федерации, утвержденного Указанием Центрального банка Российской Федерации от 03.10.2002 N 2-П (с последующими изменениями)).

Между тем Инструкцией о порядке открытия и ведения органами Федерального казначейства Министерства финансов Российской Федерации лицевых счетов для учета операций по исполнению расходов федерального бюджета, утвержденной Приказом Минфина России от 31 декабря 2002 г. N 142н (в редакции Приказа от 22 января 2004 г.) (далее - Инструкция N 142н), не предусматривается представление органами Федерального казначейства обслуживаемым клиентам платежных поручений о перечислении налогов, сборов и иных обязательных платежей в бюджетную систему Российской Федерации с отметкой банка об их исполнении. Инструкцией N 142н предусмотрено выдавать клиентам платежные документы только с отметкой органа Федерального казначейства. Результатом данного противоречия является отказ ряда судебных органов некоторых субъектов Российской Федерации принимать к рассмотрению исковые заявления, жалобы на судебные решения от бюджетных учреждений, имеющих лицевые счета в органах Федерального казначейства, без наличия на платежном поручении об уплате государственной пошлины отметки банка о его исполнении.

В соответствии со статьями 215 и 215.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации кассовое обслуживание исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации осуществляется Федеральным казначейством. Для осуществления кассового обслуживания исполнения бюджетов Федеральное казначейство открывает счета в Центральном банке Российской Федерации (с учетом статьи 156 Бюджетного кодекса Российской Федерации), на которых осуществляются все кассовые операции по исполнению бюджетов бюджетной системы Российской Федерации.

Согласно статье 254 Бюджетного кодекса Российской Федерации исполнение федерального бюджета по расходам осуществляется с использованием лицевых счетов, открываемых в едином учетном регистре Федерального казначейства для каждого главного распорядителя, распорядителя и получателя средств федерального бюджета.

Таким образом, в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации федеральное учреждение не вправе иметь счета в Банке России или кредитной организации (далее - банк) для учета операций со средствами в валюте Российской Федерации (за исключением тех учреждений, которые имеют разрешение министра финансов Российской Федерации на открытие таких счетов); ему могут быть открыты только лицевые счета в территориальных органах Федерального казначейства. Соответственно, клиентами учреждений Банка России являются не федеральные учреждения, а территориальные органы Федерального казначейства, которые ведут лицевые счета этих учреждений.

Особенности расчетно-кассового обслуживания банками счетов органов Федерального казначейства в условиях открытия в органах Федерального казначейства лицевых счетов главным распорядителям, распорядителям и получателям бюджетных средств определены Положением Банка России и Министерства финансов Российской Федерации от 20.05.2004 N 257-П/46н.

При этом территориальные органы Федерального казначейства осуществляют кассовые операции с бюджетными средствами и средствами, полученными от предпринимательской и иной приносящей доход деятельности, в соответствии с нормативными актами Министерства финансов Российской Федерации и Банка России.

В соответствии с положениями указанных нормативных правовых актов платежные поручения по перечислению налогов, сборов и иных обязательных платежей в бюджетную систему Российской Федерации, плательщиками по которым являются бюджетополучатели, чьи лицевые счета открыты в органах Федерального казначейства, заполняются в соответствии с правилами, установленными Положением Банка России от 03.10.2002 N 2-П и Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 24.11.2004 N 106н.

Согласно пункту 63 Инструкции N 142н указанный орган Федерального казначейства уполномочен на всех платежных документах, поступивших в орган Федерального казначейства, ставить штамп органа Федерального казначейства с указанием даты дня, которым они должны быть исполнены.

В свою очередь, в соответствии с пунктом 69 Инструкции N 142н орган Федерального казначейства не позднее следующего рабочего дня после подтверждения учреждением банка совершения операции выдает клиенту выписки из лицевых счетов по установленной форме и необходимые приложения по ним с отметкой органа Федерального казначейства об исполнении на каждом приложенном к выписке документе.

Учитывая вышеизложенные нормы, территориальные органы Федерального казначейства, проставляя на платежных поручениях штамп органа Федерального казначейства, являются органами, уполномоченными на осуществление указанных действий; при этом они не имеют возможности осуществлять проставление штампа и подписи ответственного исполнителя банка на платежном поручении бюджетного учреждения, не являющегося владельцем счета, открытого в банке.

На основании вышеизложенного в целях недопущения распространения практики отказа судебных органов принимать к рассмотрению исковые заявления, жалобы на судебные решения бюджетных учреждений просим Вас довести до сведения судов общей юрисдикции соответствующие разъяснения, а именно, учитывая специфику обслуживания бюджетных учреждений в органах Федерального казначейства, возможно рассматривать представленные в рамках Инструкции N 142н органами Федерального казначейства платежные поручения в качестве надлежащего документа, подтверждающего факт уплаты государственной пошлины. Аналогичное письмо было направлено в адрес Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

 

Руководитель Федерального казначейства

НЕСТЕРЕНКО Т.Г.

 

Судебная коллегия по гражданским делам

Свердловского областного суда

 

Отдел кодификации,

систематизации законодательства

и обобщения судебной практики

Свердловского областного суда