Информационное письмо Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Хакасия от 22.02.2001 N 77

 

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ ХАКАСИЯ

 

ИНФОРМАЦИОННОЕ ПИСЬМО

от 22 февраля 2001 г. N 77

 

ОБЗОР

КАССАЦИОННОЙ И НАДЗОРНОЙ ПРАКТИКИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ ХАКАСИЯ

ЗА 2000 ГОД

 

1. Анализ статистики рассмотрения уголовных дел в 2000 г.

 

Судебной коллегией по уголовным делам Верховного суда Республики Хакасия рассмотрено в кассационном порядке 820 дел в отношении 1119 человек. Соотношение этих показателей с показателями 1997 - 1999 гг. приведено в сравнительной таблице:

 

             Годы           

        Количество дел/лиц       

             1997           

              552/713            

             1998           

              644/832            

             1999           

              639/859            

             2000           

              820/1119           

 

Таким образом, общее количество рассмотренных судебной коллегией в кассационном порядке дел по сравнению с 1999 г. возросло на 181, а по числу лиц - на 260. В процентном соотношении это составило по сравнению с прошлым годом по числу дел - 128,3%, а по числу лиц - 130,3%.

Рост числа обжалованных и опротестованных в кассационном порядке приговоров происходит по всем судам за исключением Алтайского, Бейского и Ширинского районных судов. Наибольшее увеличение обжалованных и опротестованных в кассационном порядке приговоров по лицам произошло в Абаканском городском суде (на 97 человек), Усть-Абаканском районном суде (на 34 человека), Аскизском районном суде (на 32 человека), Саяногорском городском суде (на 26 человек), Боградском районном суде (на 22 человека), Черногорском городском суде (на 15 человек).

Из общего количества оконченных в 2000 г. дел рассмотрены жалобы и протесты по числу лиц на 894 обвинительных и 20 оправдательных приговоров, 122 определения и постановления о направлении дел на дополнительное расследование, 41 постановление по жалобам на арест и продление срока содержания под стражей и 34 дела по другим частным жалобам и протестам.

В 1999 году были рассмотрены жалобы и протесты по числу лиц на 716 обвинительных и 14 оправдательных приговоров, 107 определений и постановления о направлении дел на дополнительное расследование, 1 определение о применении принудительных мер медицинского характера, 21 постановление по жалобам на арест и продление срока содержания под стражей.

Кассационная практика по районным и городским судам (по приговорам и определениям о возвращении дел на дополнительное расследование) выглядит по сравнению с 1999, 1998 и 1997 гг. следующим образом:

 

┌───────┬────────────────────────────────────────┬───────────────┐

  Суды │                Приговоры               │ Определения о │

                                               │ доследовании 

       ├────────┬───────┬───────┬───────┬───────┼───────┬───────┤

       │Обжало- │В силе │  Отм. │  Изм. │ Новое │В силе │  Отм. │

       │вано                         │ решен.│             

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

   1       2      3      4      5      6      7      8  

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│Абакан │212/300 │134/172│ 27/48 │ 37/60 │ 14/20 │  9/10 │  2/4 

               │ 57,3% │  16%    20%    6,7% │             

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│Алтай  │ 12/16    8/8    3/4    1/2    0/2    4/4     -  

                 50%    25%  │ 12,5% │ 12,5% │             

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│Аскиз  │ 76/95  │ 36/41 │ 19/27 │ 17/21 │  4/6    3/8    1/1 

               │ 43,2% │ 28,4% │ 22,1% │  6,3% │             

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│Бея    │ 19/27  │ 10/15 │  6/6    1/4    2/2     -      -  

               │ 55,6% │ 22,2% │ 14,8% │  7,4% │             

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│Боград │ 30/50  │ 13/19 │  8/18 │  9/11 │  0/2    2/5    2/4 

                 38%    36%    22%     4%               

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│Ордж-й │ 17/19    9/9    5/6    3/4     -     4/4    4/7 

               │ 47,4% │ 31,6% │  21%     -                

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│Саян-й │ 59/85  │ 33/48 │ 11/13 │ 13/21 │  2/3    2/4    4/4 

               │ 56,5% │ 15,3% │ 24,7% │  3,5% │             

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│Таштып │ 30/42  │ 20/23 │  7/15 │  2/3    1/1    4/5    2/2 

               │ 54,8% │ 35,7% │  7,1% │  2,4% │             

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│У-Абак.│ 66/90  │ 50/61 │  7/12 │  7/14 │  2/3    1/6    3/9 

               │ 67,8% │ 13,3% │ 15,6% │  3,3% │             

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│Черн-й │112/139 │ 70/89 │ 13/14 │ 23/30 │  6/6    6/10 │  7/13 │

                 64%    10%  │ 21,6% │  4,4% │             

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│Шира   │ 44/57  │ 22/23 │  8/13 │ 11/17 │  3/4    3/5    9/17 │

               │ 40,4% │ 22,8% │ 29,8% │   7%               

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│Всего в│677/916 │392/509│107/173│138/185│ 33/49 │ 38/61 │ 34/61 │

│2000 г.│        │ 55,6% │ 18,9% │ 20,2% │  5,3% │             

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│1999 г.│565/730 │359/444│ 85/121│ 80/108│ 41/57 │ 19/50 │ 33/55 │

               │ 60,8% │ 16,6% │ 14,8% │  7,8% │             

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│1998 г.│526/670 │369/442│ 68/107│ 49/66 │ 38/53 │ 40/57 │ 62/88 │

                 66%    16%    10%     8%               

├───────┼────────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┼───────┤

│1997 г.│474/595 │203/213│ 52/72 │ 54/75 │165/235│ 34/57 │ 21/37 │

               │ 35,7% │ 12,2% │ 12,6% │ 39,5% │             

└───────┴────────┴───────┴───────┴───────┴───────┴───────┴───────┘

 

Приведенные данные указывают на увеличение числа отмененных и измененных приговоров как в количественном, так и в процентном отношении (по лицам соответственно на 2,3% и 5,4%) по сравнению с показателями прошлого года. Количество приговоров, оставленных без изменения, уменьшилось, соответственно на 5,2% (по числу лиц).

В частности, количество приговоров Боградского районного суда, оставленных без изменения, уменьшилось по сравнению с 1999 г. на 29,9%; Алтайского районного суда - на 20%; Ширинского районного суда - на 15,5%; Абаканского городского суда - на 11,2%; Саяногорского городского суда - на 6,2%; Орджоникидзевского районного суда - на 5,9%; Бейского районного суда - на 4,4%; Черногорского городского суда - на 1,6%.

В процентном отношении увеличилось количество оставленных без изменения приговоров Усть-Абаканского районного суда (на 16%); Таштыпского районного суда (на 5,8%); Аскизского районного суда (на 2,9%).

На заседании Президиума ВС РХ в 2000 году рассмотрено 95 дел в отношении 114 человек. Из них по протестам Председателя ВС РХ и его заместителей доложено 32 дела в отношении 37 человек. По протестам прокурора РХ и его заместителей доложено 55 дел в отношении 65 человек. По всем делам, рассмотренным по протестам Председателя ВС РХ и его заместителей, протесты удовлетворены. По протестам прокурора РХ и его заместителей удовлетворены 47 протестов (85,5%) в отношении 53 человек (81,5%).

Для сравнения, в 1999 году доложено 77 дел в отношении 94 человек. По всем делам, рассмотренным по протестам председателя суда или его заместителей, протесты также были удовлетворены. Также удовлетворены были протесты прокурора по 27 делам в отношении 39 человек. По 1 делу в отношении 1 лица протест прокурора отклонен.

Таким образом, количество рассмотренных Президиумом ВС РХ дел по сравнению с 1999 г. возросло на 18, а по числу лиц - на 20. В процентном соотношении это составило по сравнению с прошлым годом по числу дел - 122,1%, а по числу лиц - 121,3%.

По протестам, принесенным в порядке надзора в 2000 г., отменено 29 приговоров в отношении 35 человек; изменено 29 приговоров в отношении 33 человек; отменены определения о направлении дел на дополнительное расследование в отношении 11 человек; в порядке исполнения приговоров - в отношении 8 человек; вынесены другие постановления с удовлетворением надзорных протестов в отношении 16 человек.

Результаты надзорного рассмотрения уголовных дел за 2000 г. по судам следующие:

 

          Суды         

   Приговоры  

Прочие судебные решения

 Отмен.

  Изм.

Абаканский             

 10/15

  6/9 

          9/9         

Аскизский              

  1/1 

  4/4 

          4/5         

Алтайский              

  1/1 

  1/1 

          2/5         

Боградский             

  1/2 

  3/3 

           -          

Бейский                

   -  

  1/1 

          1/1         

Орджоник-й             

  1/1 

   -  

           -          

Саяногорский           

  4/4 

  4/4 

          6/11        

Таштыпский             

  6/6 

  1/1 

          1/1         

У-Абаканский           

  2/2 

  1/1 

          5/5         

Черногорский           

  2/2 

  3/4 

          7/7         

Ширинский              

  1/1 

  5/5 

          1/1         

Всего по РХ за 2000 г. 

 29/35

 29/33

         37/47        

За 1999 г.             

 36/44

 18/20

         23/30        

За 1998 г.             

 31/39

  9/11

         54/69        

За 1997 г.             

 16/16

  3/3 

         41/51        

 

Таким образом, уменьшилось количество приговоров, отмененных в порядке надзора и, одновременно, увеличилось количество измененных приговоров, а также измененных и отмененных в порядке надзора других судебных решений.

 

2. Отмена и изменение приговоров

 

а) Вопросы квалификации преступлений

 

Приговором Бейского районного суда от 2 июня 2000 г. З. осужден по п. в ч. 3 ст. 158 УК РФ как лицо, ранее дважды судимое за хищение, с применением ст. 64 УК РФ, на 2 года лишения свободы. В соответствии со ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединено наказание по приговору от 28 февраля 1999 г., которым он был осужден на п. п. б, в ч. 2 ст. 158 УК РФ на 3 года лишения свободы с испытательным сроком 2 года, и окончательно назначено к отбытию, с применением ст. 64 УК РФ, 3 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Квалифицируя действия осужденного по п. в ч. 3 ст. 158 УК РФ, суд исходил из того, что ранее З. вначале был судим 1 августа 1994 г. по ч. 2 ст. 144, ст. 210 УК РСФСР на 2 года лишения свободы. В соответствии со ст. 41 к этому наказанию частично было присоединено наказание по второму приговору от 18 февраля 1993 г. и окончательно определено к отбытию 2 года 6 месяцев лишения свободы за деяния, совершенные в марте 1994 г. и не относящиеся к категории тяжких преступлений. Следовательно, судимость за эти преступления у З. погасилась в соответствии с ч. 5 ст. 57 УК РСФСР еще 20 декабря 1999 г., тогда как новое преступление, за которое он осужден по последнему приговору от 2 июня 2000 г., совершено им позднее - 28 февраля 2000 г. При таких обстоятельствах Президиум Верховного суда РХ своим Постановлением от 4 сентября 2000 г. изменил приговор Бейского районного суда от 2 июня 2000 г. и переквалифицировал действия З. на п. п. а, б, в ч. 2 ст. 158 УК РФ как кража, совершенная группой лиц, с незаконным проникновением в хранилище, неоднократно.

Приговором Ширинского районного суда от 7 сентября 1999 г. П. осужден по п. в ч. 3 ст. 158 УК РФ на 5 лет 1 месяц лишения свободы в исправительной колонии строгого режима за кражи, совершенные им как лицом, дважды судимым за хищения. При этом суд исходил из того, что на момент совершения нового преступления (29 мая, 29 июля и 21 августа 1998 г.) П. дважды был судим за хищения, а именно: 10 февраля 1993 г. по ч. ч. 2, 3 ст. 144, ч. 3 ст. 89 УК РСФСР на 4 года лишения свободы и 26 марта 1993 г. по ч. 3 ст. 89 УК РСФСР, с применением ч. 3 ст. 40 УК РСФСР, на 6 лет лишения свободы и освобожден по отбытии наказания 5 августа 1997 г. Однако при этом суд не учел, что оба предыдущих приговора (от 10 февраля 1993 г. и от 26 марта 1993 г.) образуют одну судимость, поскольку второй раз П. был судим за преступление, совершенное до вынесения первого приговора и наказание ему было назначено не по совокупности приговоров, а по совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 40 УК РСФСР (аналогично правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ 1996 г.). По этим основаниям Президиум Верховного суда РХ своим Постановлением от 11 сентября 2000 г. изменил приговор и переквалифицировал действия П. на п. п. а, б, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Приговором Аскизского районного суда от 16 августа 1999 г. П. осужден по п. в ч. 3 ст. 158 УК РФ на 6 лет 6 месяцев лишения свободы, по ч. 4 ст. 150 УК РФ на 5 лет лишения свободы и с применением ч. 3 ст. 69 и ст. 70 УК РФ на 7 лет 6 месяцев лишения свободы. При рассмотрении дела в надзорном порядке было установлено, что суд первой инстанции необоснованно квалифицировал действия П. как кража, совершенная лицом, два или более раза судимым за хищение. Суд сослался на то, что П. судим 1 февраля 1995 г. по ч. 2 ст. 144 УК РСФСР на 2 года лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, а также 4 апреля 1998 г. по п. п. а, в ч. 2 ст. 158 УК РФ на 3 года лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года. Этот вывод суда не основан на законе. В соответствии с ч. 3 ст. 86 УК РФ судимость погашается в отношении лиц, условно осужденных, - по истечении испытательного срока. Первая судимость П. по приговору от 1 февраля 1995 г. была погашена в связи с истечением испытательного срока еще 1 февраля 1997 г., а следующее преступление, за которое он был осужден 4 апреля 1998 г., совершено им 1 февраля 1998 г. Следовательно, условное осуждение П. по приговору от 1 февраля 1995 г. не может учитываться при квалификации его действий по новому приговору и он не является лицом, два или более раза судимым за хищение. Поэтому Президиум Верховного суда РХ своим Постановлением от 31 января 2000 г. изменил приговор, переквалифицировав действия осужденного на п. п. а, б, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ и снизив назначенное ему наказание.

Приговором Вершино-Тейской постоянной сессии Аскизского районного суда от 13 октября 1999 г. Т. осуждена по п. п. б, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ на 4 года лишения свободы за кражи, совершенные неоднократно, с незаконным проникновением в жилище и с причинением значительного ущерба гражданину. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 10 ноября 2000 г. данный приговор отменен и дело направлено на новое рассмотрение. При рассмотрении дела в надзорном порядке было установлено, что Т. уже имела две непогашенные судимости за хищения: 1) от 12 октября 1994 гг. по ч. 3 ст. 144 УК РСФСР на 4 года лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, и 2) от 15 мая 1996 г. по ч. 2 ст. 144 УК РСФСР, с применением ст. 41 УК РСФСР, на 3 года лишения свободы. Освобождена Т. 14 июня 1997 г. в связи с отсрочкой отбывания наказания, предоставленной ей в связи с наличием ребенка до 8-летнего возраста. Новые кражи были совершены ею 5 декабря 1998 г. и 15 февраля 1999 г., т.е. на момент их совершения обе прежние судимости Т. не были погашены, в связи с чем органы предварительного следствия правильно квалифицировали ее действия по п. в ч. 3 ст. 158 УК РФ. Суд первой инстанции, в свою очередь, необоснованно посчитал первую судимость Т. от 12 октября 1994 г. погашенной и также необоснованно изменил квалификацию совершенных ею деяний на п. п. б, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Органами предварительного следствия Д. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного п. в ч. 3 ст. 159 УК РФ за мошенничество, совершенное лицом, дважды судимым за хищение. Абаканский городской суд при вынесении в отношении Д. обвинительного приговора от 28 сентября 1999 г. переквалифицировал его действия на п. б ч. 2 ст. 159 УК РФ по признаку неоднократности, сославшись на то, что ранее тот имел лишь одну судимость за хищение. Между тем, из материалов дела видно, что помимо этой судимости Д. был еще судим за хищение по приговору от 4 августа 1991 г. в Казахской ССР и эта его судимость на момент совершения нового преступления также погашена не была. Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 25 апреля 1995 г. О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности судимости в других странах СНГ до прекращения существования Советского Союза принимаются во внимание при квалификации преступления по Уголовному кодексу Российской Федерации. Таким образом, на момент совершения мошенничества Д. имел две непогашенные судимости за хищения и его действия следовало квалифицировать по п. в ч. 3 ст. 159 УК РФ. По этим основаниям приговор в отношении Д. отменен Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 10 апреля 2000 г. и дело направлено на новое рассмотрение.

Приговором Саяногорского городского суда от 7 октября 1999 г. С. осужден по п. г ч. 2 ст. 159, ч. 1 ст. 228 УК РФ на 3 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 17 января 2000 г. данный приговор изменен: действия С. по эпизоду мошенничества переквалифицированы на ч. 1 ст. 159 УК РФ. Из материалов дела видно, что С. путем обмана завладел видеокамерой стоимостью 8000 рублей, принадлежащей Ш. Суд первой инстанции пришел к выводу, что своими действиями С. причинил потерпевшему значительный ущерб. В ходе предварительного расследования Ш. действительно давал показания о причинении ему хищением видеокамеры значительного ущерба, однако в судебном заседании, как видно из протокола, заявил, что данный ущерб для него значительным не является. Оценки противоречиям в показаниях потерпевшего суд не дал. Кроме того, в приговоре суд также не указал, в силу каких обстоятельств (материальное положение потерпевшего, стоимость имущества, значимость этого имущества для потерпевшего и др.) причиненный действиями С. ущерб следует признать значительным. Поэтому Президиум исключил из приговора данный квалифицирующий признак как не соответствующий фактическим обстоятельствам дела.

Приговором Аскизского районного суда от 16 мая 2000 г. З. осужден по п. п. б, в ч. 2 ст. 160 УК РФ. Он признан виновным в том, что работая чабаном и находясь на смене, похитил из отары овцу и продал ее предпринимателю Е. Определением судебной коллегии от 28 июня 2000 г. данный приговор изменен и из него исключено указание об осуждении З. по п. в ч. 2 ст. 160 УК РФ - присвоение имущества, вверенного виновному, лицом с использованием своего служебного положения, поскольку из материалов дела следует, что осужденный при совершении им хищения никакого служебного положения не использовал.

Приговором Аскизского районного суда от 26 апреля 2000 г. К. и С. осуждены по п. п. а, г ч. 2 ст. 161 УК РФ за грабеж, совершенный группой лиц по предварительному сговору и с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья. Как видно из приговора, 12 сентября 1999 г. С. и К., находясь в состоянии алкогольного опьянения, встретили на улице М., также находившегося в состоянии опьянения, избили последнего и сняли с него куртку и кепку. При этом суд не привел каких-либо доказательств того, что подсудимые действовали по предварительному сговору между собой, т.е. этот вывод является предположительным. Оба подсудимые отрицали наличие между ними предварительной договоренности. Не указал об этом и потерпевший в судебном заседании. При таких обстоятельствах судебная коллегия своим определением от 23 августа 2000 г. изменила приговор и исключила из него указание об осуждении С. и К. по п. а ч. 2 ст. 161 УК РФ, оставив квалификацию их действий по п. г ч. 2 ст. 161 УК РФ.

Приговором Абаканского городского суда от 5 сентября 1996 г. С. осужден по п. п. б, в ч. 2 ст. 146 УК РСФСР на 8 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима. В соответствии с приговором 31 мая 1995 г. в г. Абакане С. остановил автомобиль ВАЗ-2106, управляемый П., и попросил довезти его до мебельной фабрики. Когда автомобиль остановился в тупике, С. совершил на П. разбойное нападение с целью завладением автомобилем - ударил его ножом в грудную клетку справа, потребовал выйти из машины, сам сел за руль и уехал. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 28 февраля 2000 г. данный приговор изменен, действия С. переквалифицированы на ч. 3 ст. 148-1 УК РСФСР, по которой назначено 5 лет лишения свободы и на ч. 1 ст. 108 УК РСФСР, по которой назначено 6 лет лишения свободы. В соответствии с ч. 1 ст. 40 УК РСФСР окончательно назначено по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим 6 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Изменяя приговор, Президиум исходил из того, что вывод суда о намерении С. похитить автомобиль является предположительным и не основан на исследованных судом доказательствах. Как видно из материалов дела, завладев автомашиной, С. не пытался спрятать ее, разукомплектовать либо совершить иные действия, свидетельствовавшие бы о хищении, а, наоборот, стал открыто кататься по городу, пригласив с собой двух знакомых до тех пор, пока не был задержан. При таких обстоятельствах в его действиях отсутствует разбой, а наличествуют признаки неправомерного завладения транспортным средством без цели хищения, соединенные с насилием, опасным для жизни и здоровья потерпевшего, а также умышленного причинения тяжкого телесного повреждения.

Приговором Аскизского районного суда от 9 декабря 1999 г. Ш.П., Ш.А., Ш.С. осуждены по п. п. б, д ч. 2 ст. 131 УК РФ за изнасилование несовершеннолетней. Отменяя в этой части приговор и направляя дело на новое рассмотрение, судебная коллегия в своем определении от 29 марта 2000 г. указала, что квалифицируя действия Ш. по п. п. б, д ч. 2 ст. 131 УК РФ, суд первой инстанции, в нарушение требований ст. 314 УК РФ, при составлении описательной части приговора не указал, было ли совершено половое сношение с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшим или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей, что имеет важное для квалификации действий каждого из подсудимых.

Приговором Черногорского городского суда от 12 сентября 2000 г. Е. осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ на 6 лет лишения свободы, по п. в ч. 3 ст. 158 УК РФ на 5 лишения свободы и, с применением ч. 3 ст. 69 и ст. 70 УК РФ, на 7 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Основанием к отмене данного определения судебной коллегии от 29 ноября 2000 г. явилось неисполнение судом первой инстанции положений Постановления Конституционного Суда Российской Федерации По делу о проверке конституционности положений п. п. 1 и. 3 части 1 ст. 232, ч. 4 ст. 248, ч. 1 ст. 158 УПК РСФСР в связи с запросами Иркутского районного суда Иркутской области и Советского районного суда г. Нижний Новгород о том, что на суд не может быть возложена функция не свойственная ему - функция обвинения. Как видно из протокола судебного заседания, государственный обвинитель по делу просил переквалифицировать действия Е. с ч. 3 ст. 158 УК РФ на ч. 2 ст. 158 УК РФ. Однако суд, не учитывая частичный отказ прокурора от обвинения, тем не менее, квалифицировал действия подсудимого по п. в ч. 3 ст. 158 УК РФ. Кроме того, квалифицируя действия подсудимого по ч. 1 ст. 111 УК РСФСР, суд, нарушение ст. 314 УПК РСФСР, не привел все обязательные квалифицирующие признаки содеянного, а именно квалифицирующий признак причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего по признаку опасности для его жизни в момент причинения.

Такая же ошибка допущена Черногорским городским судом и по делу С. Несмотря на то, что государственный обвинитель, участвовавший в деле, просил признать С. виновным по п. а ч. 2 ст. 213 УК РФ, суд в приговоре от 27 июня 2000 г. вышел за пределы обвинения и квалифицировал действия осужденного по ч. 3 ст. 213 УК РФ. Определением судебной коллегии от 27 сентября 2000 г. приговор в отношении С. изменен и его действия переквалифицированы на п. а ч. 2 ст. 213 УК РФ.

В соответствии с приговором Абаканского городского суда от 10 октября 2000 г. М. осужден по ч. 1 ст. 171 УК РФ на один год лишения свободы в исправительной колонии общего режима и освобожден от наказания на основании п. 1 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 гг. от 26 мая 2000 г. В соответствии с приговором М. осужден за незаконное предпринимательство, сопряженное с извлечением дохода в крупном размере, что выразилось в следующем: с 1 марта по 1 мая 1999 г. он, не имея соответствующей лицензии, осуществлял конкурсное управление ЗАО Спектр с АОЗТ Трикотажная фабрика и получил за это доход в крупном размере в сумме 21000 рублей. При кассационном рассмотрении дела было установлено, что М. был назначен конкурсным управляющим АОЗТ ТФ Хакасия и ЗАО Спектр по решению Арбитражного суда РХ, когда с него не требовалась лицензия на конкурсное управление. Данное обстоятельство само по себе вызывает сомнения в наличии в действиях М. состава преступления. Сам М. заявил, что умысла на совершение незаконной предпринимательской деятельности не имел, в марте - апреле 1999 г. в связи с изменением законодательства действительно не имел соответствующей лицензии и получил ее 28 апреля 1999 г. Полученные им в марте - апреле 1999 г. денежные средства объясняет недовыплаченным ему вознаграждением за предыдущий период, когда лицензия от него не требовалась, чем подтверждает приобщенной к материалам дела справкой. При таких обстоятельствах судебная коллегия своим определением от 20 декабря 2000 г. отменила приговор и направила дело на новое расследование.

Приговором Абаканского городского суда от 4 октября 2000 г. И. осуждена по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 186 и ч. 2 ст. 186 УК РФ. В соответствии с приговором И. приобрела 94 поддельные 100-долларовые банкноты, из которых сбыла 82 банкноты и покушалась на сбыт 12-ти. Между тем, действия И. в отношении всех 94 поддельных банкнот охватывались единым умыслом на их сбыт, поскольку они были получены ею единовременно из одного источника и с одной целью. Все эти действия правильно квалифицированы следственными органами в постановлении о привлечении И. в качестве обвиняемой и обвинительном заключении, а судом в приговоре - как оконченное преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 186 УК РФ, поэтому дополнительная квалификация действий осужденной, касающаяся 12 банкнот, по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 186 УК РФ является излишней и данное указание, согласно определению судебной коллегии от 6 декабря 2000 г., из приговора исключено.

Определением судебной коллегии от 1 ноября 2000 г. отменен приговор в отношении Э., осужденного по ч. 1 ст. 222 УК РФ (с освобождением по п. п. 1, 6 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ Об объявлении амнистии от 26 мая 2000 г.) приговором Вершино-Тейской постоянной сессии Аскизского районного суда от 24 августа 2000 г. за отсутствием в его действиях состава преступления. Принимая такое решение, судебная коллегия исходила из того, что Э. в своей явке с повинной добровольно сообщил о местонахождении имевшегося у него ружья, а также из рапорта сотрудника милиции К., согласно которому осужденный добровольно выдал это ружье. При таких обстоятельствах Э. подлежит освобождению от уголовной ответственности на основании примечания к ст. 222 УК РПФ, в соответствии с которым лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в настоящей статье, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления.

Приговором Абаканского городского суда от 14 января 1999 г. И. осужден по п. б ч. 3 ст. 226 УК РФ на 2 года лишения свободы за хищение огнестрельного оружия, совершенное неоднократно, а также за другие преступления. Квалифицируя действия И. как совершенные неоднократно, суд первой инстанции исходил из того, что тот уже был судим 25 января 1995 г. по ч. 2 ст. 144, п. б ст. 246 УК РСФСР к 3 годам дисциплинарного батальона. В то же время из материалов дела видно, что И. был освобожден из дисциплинарного батальона условно-досрочно 1 октября 1996 г., а, согласно п. 2 ч. 1 ст. 57 УК РСФСР лица, отбывшие наказание в дисциплинарном батальоне или досрочно освобожденные из него, признаются не имеющими судимости. Хищение огнестрельного оружия И. было совершено 2 марта 1997 г., т.е. на момент совершения этого преступления он не имел судимости и в его действиях отсутствует квалифицирующий признак неоднократность. При таких обстоятельствах Президиум Верховного суда РХ своим Постановлением от 13 марта 2000 г. изменил приговор в отношении И., переквалифицировав его действия на ч. 1 ст. 226 УК РФ и снизив назначенное наказание.

Приговором Саяногорского городского суда от 15 декабря 1999 г. А. осужден по ч. 1 ст. 228 на 6 месяцев лишения свободы, по п. п. а, в ч. 3 ст. 228 УК РФ на 5 лет лишения свободы и по совокупности преступлений на 5 лет 6 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 13 марта 2000 г. данный приговор изменен, исключено указание об осуждении А. по ч. 1 ст. 228 УК РФ. Из материалов дела следует, что А., имея умысел на незаконное приобретение и изготовление наркотического средства, пришел к Г. и предложил совместно изготовить его, что ими и было сделано. Следственными органами его действия были квалифицированы только по п. п. а, в ч. 3 ст. 228 УК РФ. В соответствии с п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 мая 1998 г. О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами, если органами предварительного расследования действия подсудимого ошибочно квалифицированы только по п. в ч. 3 ст. 228 УК РФ, суд не вправе в данном случае дополнительно квалифицировать содеянное по ч. 1 ст. 228 УК РФ. Тем не менее, суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства дела, квалифицировал действия А. по совокупности преступлений - п. п. а, в ч. 3 ст. 228 и ч. 1 ст. 228 УК РФ, тем самым ухудшив положение подсудимого.

Приговором Абазинской постоянной сессии Таштыпского районного суда от 5 января 1999 г. Р. осужден наряду с другими преступлениями по п. в ч. 3 ст. 228 УК РФ за незаконное изготовление наркотических средств в крупном размере. В судебном заседании было установлено, что Р. высушил ранее приобретенные им кусты мака и перекрутил их на мясорубке. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 5 июня 2000 г. приговор в отношении Р. в этой части изменен и действия осужденного переквалифицированы на ч. 1 ст. 228 УК РФ. Президиум сослался на то, что по смыслу закона под незаконным изготовлением наркотических средств следует понимать совершенные в нарушение законодательства РФ умышленные действия, направленные на получение из наркосодержащих растений, лекарственных, химических и иных веществ одного или нескольких готовых к использованию и потреблению наркотических средств или психотропных веществ из числа включенных в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ, утвержденный Правительством РФ. Высушивание наркосодержащих растений (кустов мака) и последующее измельчение их на мясорубке не ведут к повышению концентрации наркотического средства, а потому не являются их изготовлением.

Приговором Орджоникидзевского районного суда от 31 мая 2000 г. П. осужден по ч. 1 ст. 228 и п. в ч. 3 ст. 228 УК РФ за незаконное хранение и перевозку без цели сбыта наркотических средств в крупном размере. Судом установлено, что П. приобрел на рынке г. Ужура 0,11 грамма опия с целью личного употребления и на попутном транспорте поехал к месту жительства в п. Копьево, где и был задержан сотрудниками милиции. Определением судебной коллегии от 23 августа 2000 г. данный приговор изменен; исключено осуждение П. по п. в ч. 3 ст. 228 УК РФ и дело в отношении него прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления. При этом судебная коллегия исходила из положений п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 мая 1998 г. О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами, в соответствии с которым не может квалифицироваться как незаконная перевозка хранение лицом во время поездки наркотического средства в небольшом количестве, предназначенного для личного употребления (что и имело место в данной ситуации).

Определением судебной коллегии от 6 декабря 2000 г. изменен приговор Черногорского городского суда от 11 октября 2000 г. Из приговора исключено указание об осуждении М. за незаконную перевозку наркотического средства и незаконное хранение наркотического средства в крупном размере в виде гашиша весом 6 гр. и 4,52 гр. на основании того, что подсудимая, судя по протоколу обыска, добровольно выдала указанные наркотические вещества сотрудникам милиции непосредственно перед обыском. В связи с этим М. подлежит в этой части освобождению от уголовной ответственности на основании примечания к ст. 228 УК РФ, согласно которому лицо, добровольно сдавшее наркотические или психотропные вещества и активно способствовавшее раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических или психотропных веществ, изобличению лиц, их совершивших, обнаружению имущества, добытого преступным путем, освобождается от уголовной ответственности.

 

б) вопросы наказания

 

Приговором Абаканского городского суда от 16 июня 2000 г. А. осужден по п. в ч. 3 ст. 228 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, на 3 года лишения свободы и освобожден от наказания на основании п. 1 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 гг. от 26 мая 2000 г. В соответствии с приговором А. осужден за незаконное хранение с целью сбыта и сбыт наркотических средств в крупном размере. Определением судебной коллегии от 30 августа 2000 г. данный приговор отменен и дело направлено на новое рассмотрение за мягкостью назначенного наказания. Отменяя приговор суда, судебная коллегия сослалась на то, что при применении ст. 64 УК РФ суд первой инстанции не принял во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, отнесенного к категории тяжких, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, а также не привел в приговоре каких-либо исключительных обстоятельств, дававших бы основания для принятия такого решения.

Приговором Абаканского городского суда от 29 июня 2000 г. Б. осуждена по п. в ч. 3 ст. 228 УК РФ на 5 лет лишения свободы с конфискацией имущества и освобождена от наказания на основании пп. 4 п. 8 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 гг. от 26 мая 2000 г. В соответствии с приговором Б. осуждена за незаконное приобретение с целью сбыта и сбыт наркотического средства в крупном размере, совершенные 14 октября 1997 г. у нее дома в г. Абакане. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 4 сентября 2000 г. данный приговор отменен за мягкостью назначенного наказания и дело направлено на новое рассмотрение, поскольку суд при назначении Б. минимального наказания надлежаще не принял во внимание характер и степень общественной опасности совершенного ею преступления, отнесенного к категории тяжких, связанных с незаконным оборотом наркотических средств.

По тем же основаниям были отменены в кассационном порядке приговор Абаканского городского суда от 5 октября 1999 г. в отношении Ф., осужденной по ч. 4 ст. 228 УК РФ на 7 лет лишения свободы условно с испытательным сроком 5 лет, и С., осужденной по п. п. а, в ч. 3 ст. 228 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, к штрафу в размере 4 тыс. руб. (определение судебной коллегии от 24 ноября 1999 г.), и в надзорном порядке приговор Абаканского городского от 18 июля 2000 г. в отношении Б. и Б., осужденных по п. в ч. 3 ст. 228 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ к 3 годам лишения свободы и освобожденных от наказания по п. 1 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 гг. от 26 мая 2000 г. В настоящее время все эти дела находятся в производстве Абаканского городского суда.

Приговором Таштыпского районного суда от 5 июля 1999 г. П. осужден по ч. 1 ст. 222 УК РФ на 2 года лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год. Судом установлено, что П. незаконно приобрел, перевез, хранил и носил огнестрельное оружие - автомат АК-74, 130 патронов калибра 5,45 мм и 5,6 мм. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 10 апреля 2000 г. данный приговор в отношении П. отменен за мягкостью назначенного наказания и дело направлено на новое рассмотрение. Отменяя приговор, Президиум сослался на то, что П. приобрел автоматическое огнестрельное оружие, отличающееся высоким качеством, скорострельностью, и большое количество боеприпасов к этому оружию, и длительное время незаконно хранил, носил и использовал в личных целях.

Приговором Бейского районного суда от 10 февраля 2000 г. У. был осужден по ч. 2 ст. 264 УК РФ на 4 года лишения свободы условно с испытательным сроком 5 лет и с лишением права управления транспортным средством на 3 года. У. был признан виновным в нарушении им, как лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью человека и смерть другого человека. В обоснование применения ст. 73 УК РФ суд сослался в приговоре на то, что У. совершил преступление впервые, характеризуется положительно, имеет детей, раскаивается в содеянном. Однако, как видно из материалов дела, У. совершил преступление, находясь в состоянии алкогольного опьянения и данное обстоятельство отрицал, т.е. фактически вывод суда в приговоре о том, что подсудимый осознал свою вину и раскаялся в содеянном, не основан на материалах дела. При таких обстоятельствах судебная коллегия определением от 29 марта 2000 г. отменила приговор в отношении У. за мягкостью назначенного наказания и направила дело на новое рассмотрение.

Сходная ситуация создалась по делу К., осужденного приговором Саяногорского городского суда от 4 октября 2000 г. по ч. 2 ст. 164 и ч. 1 ст. 265 УК РФ, применением ч. 3 ст. 69 УК РФ, на 5 лет лишения свободы условно с испытательным сроком 5 лет. С учетом совершения К. преступлений в состоянии алкогольного опьянения, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и по неосторожности смерть человека; сокрытия с места дорожно-транспортного происшествия, сокрытия следов преступления и личности осужденного, ранее лишенного прав управления автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, судебная коллегия отменила приговор за мягкостью назначенного наказания и направила дело на новое рассмотрение (определение от 15 ноября 2000 г.).

Б., ранее судимый 22 мая 1996 г. по ч. 2 ст. 144 УК РСФСР на 3 года лишения свободы и условно-досрочно освобожденный 24 февраля 1998 г. на 10 месяцев и 14 дней, в течение этого периода времени совершил новое преступление, предусмотренное п. б ч. 2 ст. 158 УК РФ. За данное преступление он был осужден приговором Абаканского городского суда от 8 июня 1999 г. на 6 лет 8 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Однако при этом суд первой инстанции, в нарушение требований ч. 1 ст. 70 и п. в ч. 7 ст. 79 УК РФ не назначил ему наказание по совокупности приговоров и не присоединил полностью или частично неотбытую часть наказания по предыдущему приговору суда. По этим основаниям Президиум Верховного суда РХ своим Постановлением от 27 марта 2000 г. отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение.

Аналогичная ошибка допущена Таштыпским районным судом по делу Ю., осужденного приговором от 1 ноября 1999 г. по ч. 1 ст. 222 УК РФ на 2 года лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год. Данный приговор также отменен в связи с допущенными по делу нарушениями п. в ч. 7 ст. 79 УК РФ и за мягкостью назначенного наказания (Постановление Президиума Верховного суда РХ от 10 июля 2000 г.).

Приговором Ширинского районного суда от 18 мая 2000 г. М., Щ. и В. осуждены каждый по ч. 3 ст. 30 п. а ч. 2 ст. 158 УК РФ и ч. 3 ст. 30, п. п. а, б ч. 2 ст. 158 УК РФ, причем наказание им назначено по совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ. Определением судебной коллегии от 12 июля 2000 г. данный приговор изменен и осуждение М., Щ. и В. по ч. 3 ст. 30, п. а ч. 2 ст. 158 УК РФ из приговора исключено как излишне вмененное. При этом судебная коллегия сослалась на то, что в соответствии со ст. 17 УК РФ совокупностью преступлений признается совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными частями одной статьи или же различными статьями Уголовного кодекса РФ, ни за одно из которых виновный не был осужден. Действия же названных лиц предусмотрены одной частью одной статьи УК РФ, в связи с чем у них отсутствует совокупность преступлений и им не следовало назначать наказание по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Приговором Абаканского городского суда от 19 ноября 1999 г. О., ранее судимый 13 мая 1997 г. по п. п. а, б, г ч. 2 ст. 158 УК РФ на 2 года лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, осужден по п. б ч. 2 ст. 166 УК РФ на 3 года лишения свободы условно испытательным сроком 5 лет. В соответствии со ст. 70 УК РФ к назначенному частично присоединено наказание по предыдущему приговору и окончательно назначено к отбытию 3 года 6 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком 5 лет. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 13 марта 3000 г. данный приговор отменен за мягкостью назначенного наказания и дело направлено на новое рассмотрение по следующим основаниям: При назначении О. наказания, являющегося чрезмерно мягким, суд не учел, что подсудимый, уже совершивший тяжкое преступление, за которое он условно осужден, в период испытательного срока совершил новое преступление, также относящееся к категории тяжких. Между тем, в соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока умышленного преступления средней тяжести, умышленного тяжкого или особо тяжкого преступления суд отменяет условное осуждение и назначает ему наказание по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ. Таким образом, закон в данном случае не предоставляет альтернативы суду в вопросе отмены либо сохранения условного осуждения.

Кроме того, по смыслу уголовного закона вообще недопустимо какое-либо сложение условного осуждения по одному приговору с условным осуждением по другому приговору, поскольку в каждом случае отсчет испытательного срока ведется согласно ч. 1 ст. 189 УИК РФ, с момента вступления конкретного приговора в законную силу. Вопросы сокращения либо продления испытательного срока также строго регламентированы ст. 74 УК РФ, однако все это касается условного осуждения лишь по одному приговору и также не связывается с каким-либо сложением условного осуждения.

Приговором Вершино-Тейской постоянной сессии Аскизского районного суда от 26 января 2000 г. К. осужден по п. г ч. 2 ст. 162 УК РФ на 7 лет лишения свободы с конфискацией имущества и по п. в ч. 3 ст. 111 УК РФ на 5 лет лишения свободы. В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательно назначено к отбытию 9 лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима, с конфискацией имущества. Определением судебной коллегии от 15 марта 2000 г. приговор по делу отменен за мягкостью назначенного наказания, а дело направлено на новое рассмотрение. Как видно из материалов дела, К. был судим 27 марта 1987 г. по ст. 103 УК РСФСР на 8 лет лишения свободы, т.е. за тяжкое преступление, и освобожден по отбытии наказания 27 октября 1994 г.. На момент совершения новых преступлений, относящихся к категории особо тяжких, данная судимость не была погашена. Следовательно, в действиях К. содержится особо опасный рецидив преступлений, предусмотренный п. в ч. 3 ст. 18 УК РФ. В данной ситуации следовало назначить К., с учетом требований ч. 2 ст. 68 УК РФ, не менее трех четвертей максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного в отдельности за каждое из совершенных им преступлений (не менее 9 лет лишения свободы как по п. г ч. 2 ст. 162 УК РФ, так и по п. в ч. 3 ст. 111 УК РФ, поскольку верхний предел санкции по данным статьям УК составляет 12 лет лишения свободы).

Аналогичная ситуация по делу К., осужденного приговором Усть-Абаканского районного суда от 5 апреля 2000 г. по ч. 4 ст. 111 УК РФ на 8 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Помимо того, что К., совершивший преступление при особо опасном рецидиве преступлений, поскольку на момент совершения последнего деяния, являющегося особо тяжким, имел непогашенную судимость за тяжкое преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 108 УК РСФСР, и суду, в соответствии с п. в ч. 3 ст. 18 и ч. 2 ст. 68 УК РФ надлежало назначить подсудимому не менее трех четвертей максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное деяние (т.е. не ниже 11 лет 3 месяцев лишения свободы), следовало также, в соответствии с п. г ч. 1 ст. 58 УК РФ, назначить ему отбывание наказания при особо опасном рецидиве преступлений в исправительной колонии особого режима.

Те же ошибки допущены Таштыпским районным судом по делу Л., который при наличии в его действиях особо опасного рецидива преступлений был осужден приговором от 11 декабря 1998 г. по п. п. а, б, в ч. 3 ст. 228 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы, тогда как следовало назначить не менее 7 лет 6 месяцев лишения свободы (приговор отменен Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 28 февраля 2000 г.) и другими судами.

Приговором Аскизского районного суда от 25 ноября 1999 г. М. осужден по п. б ч. 2 ст. 158 УК РФ на 3 года лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года за совершенную неоднократно кражу 840 метров алюминиевого провода линии электропередачи стоимостью 2040 руб. Из материалов дела видно, что ранее М. был судим 27 января 1995 г. по ч. 2 ст. 144 УК РСФСР на 2 года 6 месяцев лишения свободы и освобожден по отбытии наказания 15 октября 1996 г. Преступление, за которое он ранее был судим и судимость за которое на момент совершения нового преступления не была погашена, в соответствии со ст. 7-1 УК РСФСР относилось к категории тяжких. Новое деяние, за которое он осужден по последнему приговору, в соответствии со ст. 15 УК РФ также является тяжким. При таких обстоятельствах у М., в соответствии с п. б ч. 2 ст. 18 УК РФ наличествует опасный рецидив преступлений и ему, в соответствии с ч. 2 ст. 68 УК РФ следовало назначить не ниже двух третей максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, т.е. не менее 4 лет лишения свободы. Ссылок суда в приговоре на ст. 64 УК РФ нет и оснований для ее применения не имелось. Поэтому определением судебной коллегии от 22 марта 2000 г. приговор в отношении М. был отменен за мягкостью назначенного наказания, а дело направлено на новое рассмотрение.

Сходная ошибка допущена Аскизским районным судом по делу Р., осужденного приговором от 26 мая 2000 г. по ч. 3 ст. 30, п. п. б, д ч. 2 ст. 161 и п. п. б, г, д ч. 2 ст. 161 УК РФ, приговор в отношении которого отменен определением судебной коллегии от 20 сентября 2000 г. за мягкостью назначенного наказания в связи с тем, что судом первой инстанции не учтено совершение Р. преступления при опасном рецидиве преступлений; Таштыпским районным судом по делу К., осужденного приговором от 10 июля 2000 г. по ч. 1 ст. 166 УК РФ на 1 год 6 месяцев лишения свободы, по п. б ч. 2 ст. 158 УК РФ на 3 года лишения свободы и по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, на 3 года 6 месяцев лишения свободы, приговор в отношении которого также отменен определением судебной коллегии от 6 сентября 2000 г. по тем же основаниям и многими др.

Приговором Орджоникидзевского районного суда от 21 сентября 1999 г. М. осужден по п. п. а, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ на 3 года лишения свободы и, с применением ст. 70 УК РФ, на 3 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Принимая решение о виде режима отбывания лишения свободы, суд исходил из того, что ранее М. судим 10 октября 1994 г. по ч. ч. 2, 3 ст. 144, ч. 2 ст. 218-1 УК РСФСР на 3 года лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора на 1 год 6 месяцев и 22 августа 1996 г. по ч. 3 ст. 224 УК РСФСР, с применением ст. 41 УК РСФСР, на 3 года 6 месяцев лишения свободы. Между тем, из материалов дела видно, что все предыдущие преступления М. совершены в несовершеннолетнем возрасте, а в соответствии с ч. 4 ст. 18 УК РФ судимости за преступления, совершенные лицом в возрасте до восемнадцати лет, не учитываются при признании рецидива преступлений. Соответственно, к М. неприменим п. в ч. 1 ст. 58 УК РФ, согласно которому к лицам, осужденным при рецидиве преступлений, если они ранее отбывали наказание в виде лишения свободы, назначается отбывание наказания в исправительных колониях строгого режима. В данном случае к нему следовало применить правила п. б ч. 1 ст. 58 УК РФ и назначить отбывание наказания в исправительной колонии общего режима.

В другом случае Бейский районный суд приговором от 14 декабря 1999 г. осудил Д. по п. в ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ст. ст. 64, 70 УК РФ, на 3 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Между тем, Д. имел две непогашенные судимости за тяжкие преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 144 УК РСФСР и п. п. а, б ч. 2 ст. 158 УК РФ и вновь совершил тяжкое преступление. Поэтому действия Д., в соответствии с п. б ч. 3 ст. 18 УК РФ, образуют особо опасный рецидив преступления и ему следовало назначить отбывание лишения свободы в исправительной колонии особого режима. По этим основаниям Президиум Верховного суда РХ своим Постановлением от 10 апреля 2000 г. отменил приговор в отношении Д. в части назначенного ему вида исправительной колонии и направил дело на новое рассмотрение в порядке ст. ст. 368, 369 УПК РСФСР.

Приговором Абаканского городского суда от 31 января 2000 г. К. осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ, с применением ст. 70 УК РФ, на 3 года лишения свободы в исправительной колонии общего режима. При рассмотрении дела в надзорном порядке было установлено, что на момент совершения преступления - 18 августа 1999 г., К. имел непогашенную судимость по приговору от 7 декабря 1995 г., в соответствии с которым он был осужден по ч. 3 ст. 148 УК РСФСР на 2 года лишения свободы и освобожден от наказания по отбытии наказания 3 мая 1997 г. При таких обстоятельствах К., в соответствии с п. в ч. 1 ст. 58 УК РФ, следовало назначить отбывание лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 19 июня 2000 г. приговор в отношении К. отменен и дело направлено на новое рассмотрение в порядке ст. ст. 368, 369 УПК РСФСР.

По смыслу ст. 58 УК РФ женщинам назначается отбывание лишения свободы в исправительной колонии строгого режима лишь при особо опасном рецидиве преступлений. В нарушение этого требования приговором Усть-Абаканского районного суда от 7 июля 2000 г. А., ранее не судимая и совершившая убийство не при рецидиве преступлений, осуждена по ч. 1 ст. 105 УК РФ на 6 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Определением судебной коллегии от 9 августа 2000 г. приговор в отношении А. изменен и ей назначено отбывание лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Аналогичная ошибка допущена Аскизским районным судом по делу Ч., осужденной приговором от 20 июня 2000 г. по ч. 1 ст. 105 УК РФ на 7 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима (приговор изменен в части вида режима определением судебной коллегии от 6 сентября 2000 г.).

Приговором Абаканского городского суда от 30 мая 2000 г. Я. осужден по п. п. б, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ, на 3 года 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Определением судебной коллегии от 26 июля 2000 г. данный приговор изменен и, в соответствии с ч. 6 ст. 88 УК РФ, Я. назначено отбывать наказание в воспитательной колонии общего режима, поскольку на момент совершения преступления и во время рассмотрения дела судом первой инстанции Я. являлся несовершеннолетним.

Б. был судим 10 апреля 1998 г. по ч. 2 ст. 161 УК РФ на 4 года лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года. В течение данного испытательного срока он совершил новое преступление, предусмотренное ст. 115 УК РФ, за которое приговором Орджоникидзевского районного суда от 14 февраля 2000 г. осужден к 1 году исправительных работ с удержанием 20% заработка в доход государства. Как далее указано в приговоре, в силу ст. 70 УК РФ суд частично присоединил к назначенному за новое преступление наказанию наказание по предыдущему приговору и окончательно определил Б. наказание по совокупности приговоров в виде 2 лет лишения свободы. Кроме того, сославшись на ч. 2 ст. 71 УК РФ, суд постановил исполнять назначенное Б. по ст. 115 УК РФ наказание в виде исправительных работ самостоятельно. Тем самым судом были нарушены требования ч. 4 ст. 70 УК РФ, в соответствии с которой окончательное наказание по совокупности приговоров должно быть больше как наказания, назначенного за вновь совершенное преступление, так и неотбытой части наказания по предыдущему приговору суда (т.е. ниже наказания, назначенного по приговору от 10 апреля 1998 г.). Одновременно нарушены и требования ст. 71 УК РФ, согласно которой исправительные работы не исполняются самостоятельно, а подлежат сложению с наказанием в виде лишения свободы из того расчета, что три дня исправительных работ соответствуют одному дню лишения свободы. По этим основаниям определением судебной коллегии от 15 марта 2000 г. приговор Орджоникидзевского районного суда отменен за мягкостью назначенного наказания.

В соответствии с ч. 2 ст. 71 УК РФ штраф при сложении с лишением свободы исполняется самостоятельно. Это требование нарушено Аскизским районным судом, который приговором от 5 августа 1999 г. признал С. виновным; назначил наказание по ч. 4 ст. 111 УК РФ в виде 7 лет лишения свободы; по ст. 119 УК РФ в виде 1 года лишения свободы и по ст. 116 УК РФ в виде штрафа в размере 25 минимальных размеров оплаты труда или 2087 руб. 25 коп., а дальнейшем, сославшись на ч. 3 ст. 69 УК РФ, назначил С. по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний 7 лет 6 месяцев лишения свободы. Никаких указаний об исполнении назначенного С. наказания в виде штрафа самостоятельно в приговоре не приведено. Определением судебной коллегии от 22 марта 2000 г. данный приговор отменен и дело направлено на новое рассмотрение.

Одним из оснований к отмене приговора Абаканского городского суда от 12 мая 2000 г. в отношении Е., осужденного, ч. 1 ст. 168 УК РФ, явилось то, что суд первой инстанции назначил ему по ч. 3 ст. 166 УК РФ наказание в виде 6 лет 8 месяцев лишения свободы и по ч. 1 ст. 168 УК РФ в виде штрафа в размере 11187 рублей, и по совокупности преступлений в виде 6 лет 8 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 11187 рублей. В соответствии со ст. 70 УК РФ к назначенному частично присоединено наказание по предыдущему приговору и окончательно назначено к отбытию 7 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 11187 рублей. При этом суд сослался на наличие у Е. опасного рецидива преступлений (он судим 8 февраля 1999 г. по п. д ч. 2 ст. 161 УК РФ на 3 года лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года). Между тем, при кассационном рассмотрении дела было бесспорно установлено, что в действиях Е. отсутствовал опасный рецидив преступления, поскольку первое преступление совершено им в несовершеннолетнем возрасте. Кроме того, заслуживают проверки и доводы осужденного о том, что он угона не совершал, ездил на автомобиле с согласия владельца и совершил ДТП. Имелись и другие основания к отмене приговора (проверка доводов осужденного путем допросов в связи с этим новых свидетелей, нарушение судом требований ст. 236 УПК РСФСР).

В соответствии с приговором Абаканского городского суда от 22 августа 2000 г. П. осуждена по ст. 115 УК РФ к штрафу в размере пятидесяти минимальных размеров оплаты труда или 6600 рублей. Определением судебной коллегии от 20 сентября 2000 г. приговор в этой части изменен и П. назначено наказание также в размере пятидесяти минимальных размеров оплаты труда, однако сумма определена в 4174 рубля. В своем определении судебная коллегия указала, что, исчисляя штраф в денежном выражении, суд ошибочно исходил из минимального размера оплаты труда в сумме 132 рублей, установленных Федеральным законом от 19 июня 2000 г. О минимальном размере оплаты труда. Между тем, ст. 5 названного Закона установлено, что исчисление налогов, сборов, штрафов, иных платежей, осуществляемое в соответствии с законодательством РФ в зависимости от минимального размера оплаты труда, производится с 1 июля 2000 г. по 31 декабря 2000 г. исходя из базовой суммы, равной 83 рублям 49 копейкам.

Приговором Вершино-Тейской постоянной сессии Аскизского районного суда от 3 ноября 1999 г. Ш. осужден по п. п. б, д ч. 2 ст. 158 УК РФ на 3 года лишения свободы. В соответствии с ч. 3 ст. 40 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединено наказание по приговору от 24 декабря 1998 г. и окончательно определено к отбытию 5 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Между тем, при рассмотрении дела в порядке надзора было установлено, что ранее Ш. был судим 24 декабря 1998 г. по п. в ч. 3 ст. 228 УК РФ на 5 лет лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года, однако кражу, за которую он был судим по приговору от 3 ноября 1999 г., он совершил не в период данного испытательного срока, а еще 14 августа 1995 г., т.е. до вынесения первого приговора. При таких обстоятельствах суд первой инстанции не вправе был отменять назначенное Ш. по приговору от 24 декабря 1998 г. условное осуждение. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 4 декабря 2000 г. приговор от 3 ноября 1999 г. в отношении Ш. изменен: исключено указание о применении ч. 3 ст. 40 УК РФ и постановлено оба приговора в отношении осужденного (т.е. от 3 декабря 1999 г. и 24 декабря 1998 г.) исполнять самостоятельно.

Приговором Саяногорского городского суда от 12 октября 2000 г. несовершеннолетний К. осужден по п. п. б, в ч. 3 ст. 228 УК РФ на 5 лет лишения свободы условно с конфискацией имущества. Тем самым судом нарушены требования ч. 4 ст. 73 УК РФ о том, что при условном осуждении конфискация имущества не может быть назначена, и ст. 88 УК РФ, которой вообще не предусмотрено назначение наказания в виде конфискации имущества несовершеннолетним. Определением судебной коллегии от 22 ноября 2000 г. данный приговор изменен и указание о применении К. дополнительного наказания в виде конфискации имущества из него исключено.

В соответствии с ч. 2 ст. 63 УК РФ если отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса в качестве признака преступления, оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания. Это требование было нарушено Сорской постоянной сессией Усть-Абаканского районного суда по делу И., осужденной приговором от 24 ноября 1999 г. по ч. 1 ст. 105 УК РФ на 12 лет лишения свободы. Признав И. виновной в убийстве, суд при назначении ей наказания необоснованно признал в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, наступление тяжких последствий, тогда как наступившие по делу тяжкие последствия - смерть потерпевшего, являются признаком состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. Изменяя приговор суда, судебная коллегия исключила из него указание о наличии данного отягчающего обстоятельства и, учитывая, что И. добровольно явилась с повинной, руководствуясь п. и ч. 1 ст. 61 УК РФ, снизила назначенное ей наказание до 9 лет лишения свободы.

 

в) нарушения уголовно-процессуального закона

 

Типичные ошибки, связанными с нарушениями уголовно-процессуального закона, допускаются судами при рассмотрении уголовных дел о незаконном обороте наркотических средств. В частности, определением судебной коллегии от 2 августа 2000 г. отменен приговор Алтайского районного суда от 18 мая 2000 г., которым Б. был осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ на 2 года лишения свободы, по п. в ч. 3 ст. 228 УК РФ на 5 лет лишения свободы и в соответствии с ч. 3 ст. 69 и ст. 70 УК РФ на 6 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Основанием к отмене явились допущенные органами дознания и предварительного расследования существенные нарушения уголовно-процессуального закона, а именно: согласно материалам дела и в нарушение требований ст. ст. 108, 112, 119, 126 УПК РСФСР оперуполномоченный Алтайского РОВД без проведения таких следственных действий, как обыск и выемка, без санкции прокурора на обыск, без поручения следователя, а также без возбуждения уголовного дела, изъял в квартире Б. вещество темного цвета, а затем, в тот же день, также без возбуждения уголовного дела, назначил судебно-химическую экспертизу.

Нарушения неприкосновенности жилища граждан при расследовании данной категории дел получили значительное распространение. Помимо приведенного выше примера имеются и другие случаи нарушения органами дознания и предварительного следствия требований ст. 25 Конституции РФ и ст. 12 УПК РСФСР, прямо указывающие на то, что никто не имеет права без законного основания войти в жилище против воли проживающих в нем лиц, а обыск, выемка, осмотр помещения у граждан и др. могут производиться только на основании и в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом. В соответствии с ч. 2 ст. 50 УПК РСФСР при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

Ситуация, аналогичная описанной выше, имеет место по делу М., осужденного Аскизским районным судом 29 мая 2000 г. по п. п. б, в ч. 3 ст. 228 УК РФ; К., осужденного по ч. 4 ст. 228 УК РФ (оба приговора отменены в кассационном порядке) и другим делам, когда суд в основу обвинительного приговора брал доказательства, также полученные в ходе несанкционированных обысков, оформленных как осмотры места происшествия - квартир будущих подсудимых.

Одним из оснований к отмене приговора Боградского районного суда от 17 июля 2000 г. в отношении П., осужденного по п. п. а, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ, и других явилось нарушение ст. 49 УПК РСФСР, в соответствии с которой предусматривается обязательное участие защитника по делам, в которых участвует государственный обвинитель, а также в случаях, когда между интересами подсудимых имеются противоречия и хотя бы один из них имеет защитника. В деле отсутствует ордер, подтверждавший бы участие защитника П. в судебном заседании, а у подсудимого, судя по протоколу судебного заседания, данный вопрос не выяснялся. Сам П., как видно из материалов дела, ходатайств об отказе от услуг защитника, реальное участие которого было бы обеспечено в судебном заседании, не заявлял. Между тем, судя по протоколу судебного заседания, в рассмотрении дела принимали участие как государственный обвинитель, так и защитники других подсудимых, чьи интересы противоречили интересам П.

Кроме того, если защитник не участвует в судебном заседании, суд, в соответствии со ст. 295 УПК РСФСР, в судебных прениях обязан предоставить подсудимому слово для защиты, что в данном случае также сделано не было.

Имеют место и случаи нарушений судами прав потерпевших по уголовным делам. Характерным примером является дело в отношении В., осужденного Усть-Абаканским районным судом 16 августа 2000 г. по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Одной из причин отмены приговора (определение судебной коллегии от 27 сентября 2000 г.) явилось и то, что, в соответствии с ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и Постановлением Конституционного Суда РФ от 15.01.1999 N 1-п По делу о проверке конституционности положений частей 1-й и 2-й статьи 295 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина К., в судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон и суды не вправе каким-либо образом ограничивать допуск потерпевших к участию в судебных прениях. Тем не менее, потерпевшей Ф., как видно из протокола судебного заседания, возможность участвовать в судебных прениях обеспечена не была и право участия в судебных прениях ей не разъяснено.

Приговором Вершино-Тейской постоянной сессии Аскизского районного суда от 8 декабря 1999 г. К. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ на 10 лет лишения свободы. Определением судебной коллегии от 1 марта 2000 г. данный приговор отменен в связи с допущенным по нему правом обвиняемого на защиту, а дело направлено на новое расследование. В соответствии с требованиями ст. 49 УПК РСФСР участие защитника на предварительном следствии обязательно по делам немых, глухих, слепых и других лиц, которые в силу своих физических или психических недостатков не могут сами осуществлять свое право на защиту. Органам предварительного следствия с самого начала было известно, что К. с детства отставал в умственном развитии, обучался во вспомогательной школе, ранее находился на лечении в психиатрической больнице и в связи с этим комиссован из армии. По заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы он признан вменяемым, однако обнаруживает признаки умственного недоразвития в степени легкой дебильности. С учетом совокупности имеющихся данных К. следовало предоставить защитника с момента применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу, однако ни при аресте, ни при предъявления обвинения защитник К. предоставлен не был.

Приговором Абаканского городского суда от 30 мая 2000 г. Д. признан виновным и осужден по ч. 1 ст. 218-1 УК РСФСР и по ч. 1 ст. 222 УК РФ. Как видно из материалов дела, 7 июля 1996 г. Д., проходя мимо войсковой части, тайно похитил у спящего на вышке часового автомат и впоследствии его спрятал. Ранее Д. по определению Абаканского городского суда от 15 декабря 1995 г. был признан невменяемым за другое общественно-опасное деяние и направлен на принудительное лечение в психиатрическую больницу с диагнозом параноидная шизофрения, где и находился на лечении с 4 января по 5 ноября 1996 г., т.е. и на момент инкриминируемого ему хищения автомата. Тем не менее, экспертная комиссия не учла эти обстоятельства при проведении амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы и признала Д. вменяемым на момент хищения автомата и боеприпасов. При таких обстоятельствах судебная коллегия определением от 2 августа 2000 г. отменила приговор суда от 30 мая 2000 г. и направила дело на новое рассмотрение с указанием об обязательном проведении Д. стационарной судебно-психиатрической экспертизы для выяснения вопроса о его вменяемости.

Одним из существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих направление дела на новое расследование, является несоблюдение следственными органами сроков предварительного расследования, предусмотренных ст. 133 УПК РСФСР. По этим основаниям отменен приговор Орджоникидзевского районного суда от 3 февраля 2000 г. в отношении Ш., осужденного по ч. 1 ст. 105 УК РФ, а дело в отношении него направлено на новое расследование (определение судебной коллегии от 15 марта 2000 г.). В соответствии со ст. 133 УПК РСФСР предварительное расследование должно быть закончено не позднее чем в двухмесячный срок. В этот срок включается время со дня возбуждения дела и до момента его направления прокурору с обвинительным заключением. Данное дело было возбуждено 9 января 1999 г., срок предварительного следствия продлен на законных основаниях до 9 апреля 1999 г., однако в действительности предварительное расследование закончено лишь 12 апреля 1999 г.

В соответствии со ст. 121 УПК РСФСР дознание должно быть закончено не позднее одного месяца со дня возбуждения уголовного дела, включая в этот срок составление обвинительного заключения, либо постановления о прекращении, либо приостановлении дела. Этот срок может быть продлен прокурором, непосредственно осуществляющим надзор за производством дознания, но не более чем на один месяц. В нарушение этих требований дознание по делу Б. и П., обвиняемых по ст. 115 УК РФ, проводилось с нарушением установленных сроков и без их продления прокурором, что явилось одним из оснований для отмены постановленного по делу приговора Орджоникидзевского районного суда от 14 февраля 2000 г. и направления дела на новое расследование (определение судебной коллегии от 15 марта 2000 г.).

Определением судебной коллегии от 9 февраля 2000 г. отменен приговор Таштыпского районного суда от 8 июня 1999 г. в отношении Ф. и С., осужденных по п. а ч. 2 ст. 213 УК РФ. При рассмотрении дела в кассационной инстанции было установлено, что, в нарушение требований ст. 201 УПК РСФСР, обвиняемый Ф. и его защитник знакомились с материалами дела раздельно, несмотря на то, что ни один из них не ходатайствовал об этом. Данное нарушение является существенным и послужило основанием к отмене приговора и направлению дела на новое расследование.

Существенным нарушением уголовно-процессуального закона является и неисполнение судом требований ст. 236 УПК РСФСР, согласно которой после назначения дела судебного заседания судья обязан обеспечить обвинителю, подсудимому, защитнику, а также потерпевшему и его представителю, гражданскому истцу, гражданскому ответчику или их представителям возможность ознакомиться со всеми материалами дела и выписывать из них необходимые требования. Нарушение этого положения явилось одним из оснований для отмены определением судебной коллегии от 15 марта 2000 г. приговора Саяногорского городского суда от 20 октября 1999 г. в отношении К., осужденного по п. п. б, г ч. 2 ст. 159 УК РФ. В материалах дела имелось письменное ходатайство К. об ознакомлении с материалами дела в порядке ст. 236 УПК РСФСР, однако судья не обеспечил подсудимому этой возможности.

Та же ситуация по делу О., Д. и К., осужденных по п. п. а, б, в, г ч. 2 ст. 158, п. а ч. 3 ст. 158, п. а ч. 3 ст. 159 УК РФ и др., когда Абаканский городской суд, в нарушение ст. 236 УПК РСФСР, не ознакомил подсудимого Д. с материалами дела, что явилось одной из причин отмены приговора по делу (определение от 20 сентября 2000 г.).

В соответствии со ст. 237 УПК РСФСР подсудимому должна быть вручена копия обвинительного заключения, а рассмотрение дела в судебном заседании не может быть начато ранее трех суток с момента вручения подсудимому данной копии. Нарушение этого требования повлекло отмену приговора Черногорского городского суда от 20 января 2000 г. в отношении Б., осужденной по п. п. б, в, г ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 167 УК РФ (определение судебной коллегии от 15 марта 2000 г.).

Постановлением судьи Абаканского городского суда от 2 июня 2000 г. дело в отношении С., обвиняемого по ст. 115 УК РФ, прекращено на основании п. п. б п. 8 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 26 мая 2000 г. Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 гг.. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 23 октября 2000 г. данное Постановление судьи отменено и дело в отношении С. направлено на новое рассмотрение. Отменяя Постановление судьи о применении акта об амнистии, Президиум исходил из следующего: в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 5 УПК РСФСР уголовное дело подлежит прекращению по амнистии. В то же время ч. 5 ст. 5 УПК РСФСР предусматривает, что если обстоятельства, указанные в пункте 4 настоящей статьи, обнаруживаются в стадии судебного разбирательства, суд доводит разбирательство дела до конца и постановляет обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания. По данному делу судьей было начато судебное разбирательство еще до принятия постановления об амнистии. При таких обстоятельствах суду первой инстанции следовало провести судебное разбирательство по делу.

Анализируя описанную выше ситуацию, судам следует учитывать, что если бы судебное заседание было начато после вступления в силу акта об амнистии, то суд вправе был бы принять решение о прекращении производства по делу в связи с актом амнистии, не доводя разбирательство дела до конца, поскольку акт амнистии вступил в силу до начала судебного разбирательства.

Следует строго помнить, что в соответствии со ст. 254 УПК РСФСР разбирательство дела в суде производится только в отношении обвиняемых и лишь по тому обвинению, по которому они преданы суду. Поэтому суды при рассмотрении дел о преступлениях, совершаемых в группе, в случае выделения дела в отношении какого-либо из участников группы за его розыском, не вправе ссылаться в приговоре на них как соучастников преступления и, тем самым, предрекать их виновность. Аналогичная ошибка была допущена Вершино-Тейской постоянной сессией Аскизского районного суда по делу П., которого суд признал в приговоре виновным в совершении по п. п. а, б, г ч. 2 ст. 161 УК РФ в грабеже, совершенном группой лиц по предварительному сговору с гр. Б., дело в отношении которого выделено в отдельное производство и он объявлен в розыск. Суду при вынесении данного приговора следовало лишь указать, что П. совершил грабеж совместно с другим лицом, не называя его фамилии.

Имеются случаи нарушения судом порядка разрешения ходатайств, заявленных участниками процесса в судебном заседании. В частности, при рассмотрении дела в отношении К. (осужден приговором от 20 октября 1999 г. по п. п. б, г ч. 2 ст. 159 УК РФ), Саяногорский городской суд отклонил ходатайство подсудимого об отводе всему составу суда без удаления в совещательную комнату, чем нарушил требования ст. ст. 62 и 261 УПК РСФСР. Это существенное нарушение явилось одним из оснований к отмене приговора и направлению дела на новое судебное рассмотрение (определение судебной коллегии от 15 марта 2000 г.).

Приговором Абазинской постоянной сессии Таштыпского районного суда К. осужден по ч. 1 ст. 222, п. б ч. 4 ст. 226, ч. 2 ст. 109 УК РФ, а Е. - по п. б ч. 4 ст. 226 УК РФ. Определением судебной коллегии 27 сентября 2000 г. приговор в отношении обоих отменен, а дело направлено на новое рассмотрение в связи с тем, что суд, разрешая ходатайство подсудимого К. о назначении дополнительных судебно-медицинской и судебно-баллистической экспертиз, в нарушение обязательных требований ст. 261 РСФСР, также не удалялся в совещательную комнату, чем допустил существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

Одним из оснований отмены приговора Ширинского районного суда от 14 июля 1999 г. в отношении Г., осужденного по п. п. б, д ч. 2 ст. 161 УК РФ, явилось нарушение судом требований ст. 263 УПК РСФСР, в соответствии с которой в случае нарушения подсудимым порядка во время судебного заседания, а также при неподчинении распоряжениям председательствующего последний предупреждает подсудимого о том, что при повторении означенных действий он будет удален из зала судебного заседания. Как следует из протокола судебного заседания, председательствующий дважды объявлял Г. замечания за грубые нарушения порядка во время ведения процесса, но не предупреждал его о возможности удаления его при повторении тем противоправных действий, после чего удалил подсудимого из зала судебного заседания. В дальнейшем еще до окончания судебного следствия председательствующий допустил Г. в зал судебного заседания, однако, в нарушение прав подсудимого, предусмотренных ст. 46 УПК РСФСР, не ознакомил подсудимого с действиями, произведенными в его отсутствие.

Приговором Саяногорского городского суда от 20 января 2000 г. П. осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ на 7 лет лишения свободы. Определением судебной коллегии от 29 марта 2000 г. данный приговор отменен и дело направлено на новое расследование по следующим основаниям: в соответствии с Постановлением от 18 мая 1998 г. уголовное дело было возбуждено в отношении П. по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Постановлением следователя от 12 августа 1998 г. дело по ч. 4 ст. 111 УК РФ прекращено, причем в упомянутом Постановлении указано о прекращении дела не частично, а в полном объеме. После прекращения дела следователь, тем не менее, стал проводить предварительное расследование без возбуждения дела и предъявил П. обвинение по ч. 1 ст. 105 УК РФ, чем допустил существенные нарушения требований ст. ст. 3, 108, 112, 115, 129 УПК РСФСР. При таких обстоятельствах суд не вправе был выносить по данному делу обвинительный приговор.

По делу С., осужденного приговором от 5 августа 1999 г. по ч. 4 ст. 111, ст. ст. 119 и 116 УК РФ, Аскизским районным судом нарушены требования ст. 301 УПК РСФСР о том, что суд основывает приговор лишь на тех доказательствах, которые были рассмотрены в судебном заседании, а также положения ст. 286 УПК РСФСР о том, что оглашение на суде показаний, данных свидетелем либо потерпевшим при производстве дознания или предварительного следствия, может иметь место лишь при наличии существенных противоречий между этими показаниями и показаниями свидетеля либо потерпевшего на суде или при отсутствии в судебном заседании данного лица по причинам, исключающим возможность его явки в суд. По данному делу в качестве потерпевшего был признан Т., который в ходе предварительного следствия трижды был допрошен и каждый раз давал другие противоречивые показания. Суд, не приняв действенных мер для обеспечения явки Т., огласил, как следует из протокола судебного заседания, показания потерпевшего, зафиксированные лишь в одном протоколе его допроса на предварительном следствии на л. д. 23, однако в приговоре сослался как на доказательство совсем на другие показания Т., имеющиеся в остальных двух протоколах его допросов на л. д. 66 и 121. Допущенные судом нарушения ст. ст. 286 и 301 УПК РСФСР явились одними из оснований для отмены приговора и направления дела на новое рассмотрение (определение судебной коллегии от 22 марта 2000 г.).

По делу Ш., осужденного по ч. 1 ст. 228, п. п. б, в ч. 3 ст. 228 УК РФ Саяногорский городской суд (приговор от 21 октября 1999 г.) также в нарушение ст. 301 УПК РСФСР сослался как на доказательство вины подсудимого на его показания в качестве обвиняемого, данные в ходе предварительного следствия, которые в судебном заседании, судя по протоколу, не оглашались и не исследовались. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 28 февраля 2000 г. приговор в отношении Ш. отменен и дело направлено на новое рассмотрение.

Приговором Вершино-Тейской постоянной сессии Аскизского районного суда от 17 ноября 1999 г. Л. и Л. осуждены по п. п. а, б, д ч. 2 ст. 161 УК РФ. Признавая обоих подсудимых виновными в открытом похищении чужого имущества, суд, в нарушение ст. 314 УПК РСФСР, не привел в описательной части приговора доказательства, на которых основаны эти выводы. Сами подсудимые отрицают совершение ими данного преступления. Не следует это и из совокупности остальных приведенных в приговоре доказательств - показаний свидетелей, а также протоколов выемки, осмотра и опознания.

Одним из оснований к отмене в кассационной инстанции (определение судебной коллегии от 26 января 2000 г.) упомянутого ранее приговора Вершино-Тейской постоянной сессии Аскизского районного суда от 26 января 2000 г. в отношении К., осужденного по п. г ч. 2 и п. в ч. 3 ст. 111 УК РФ, явилось и то, что, признав подсудимого виновным в разбое, суд в описательной части приговора не указал мотив совершенных К. действий, не уточнил, с какой целью тот отобрал у потерпевшего имущество (игровую приставку) и не привел размер похищенного. Тем самым судом нарушены требования ст. ст. 68, 314 УПК РСФСР о том, что подлежат доказыванию и должны содержаться в описательной части обвинительного приговора описание преступного деяния с указанием места, времени его совершения, характера вины, мотивов и последствий преступления, характера и размера ущерба, причиненного преступлением.

Как указано выше, по смыслу ст. ст. 68 и 314 УПК РСФСР обстоятельством, имеющим значение для корыстного преступления, имеет стоимость похищенного, характер и размер причиненного ущерба. Осуждая С. по ч. 1 ст. 161 и п. г ч. 2 ст. 162 УК РФ, Вершино-Тейская постоянная сессия Аскизского районного суда в приговоре от 1 сентября 2000 г. также не указала размеры похищенного и не привела мотивы совершенного преступления. Кроме того, суд первой инстанции не учел, что, в нарушение ст. ст. 144 и 205 УПК РСФСР, стоимость похищенного не была приведена и в постановлении о привлечении С. в качестве обвиняемого, а также обвинительном заключении по делу. Допущенные нарушения повлекли отмену приговора в отношении С. определением от 15 ноября 2000 г. и направление дела на новое расследование.

Еще одна неустранимая ошибка следственных органов привела к отмене приговора Вершино-Тейской постоянной сессии Аскизского районного суда от 23 июня 2000 г., в соответствии с которым Х. осужден по п. б ч. 2 ст. 158 УК РФ. В нарушение требований ст. 205 УПК РСФСР в описательной части обвинительного заключения следователь указал, что Х., в состоянии алкогольного опьянения, лишь находился в доме потерпевшей Щ., после чего ушел. Следователем не изложены сущность обвинения, время совершения преступления, способы и мотивы, последствия и другие существенные обстоятельства, имеющие значение для дела. При таких данных судебная коллегия определением от 4 октября 2000 г. отменила приговор и направила дело на новое расследование.

Нарушения ст. 205 УПК РСФСР допущены и при составлении обвинительного заключения по делу П., С., Р., М. и О. (ч. 3 ст. 30, п. а ч. 2 ст. 158 УК РФ), где в описательной части указывается о совершении ими бензина и керосина с автозаправочной автомашины с причинением ущерба ОАО Аэропорт Абакан, а в резолютивной части их же действия квалифицированы как покушение на кражу. Определением судебной коллегии от 27 сентября 2000 г. приговор Абаканского городского суда от 21 августа 2000 г. в отношении указанных лиц отменен и дело направлено на новое рассмотрение.

Приговором Черногорского городского суда от 5 октября 2000 г. З. осужден по п. в ч. 3 ст. 158 УК РФ на 7 лет лишения свободы и по совокупности преступлений, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ, на 7 лет лишения свободы в воспитательной колонии общего режима, а К. - по п. п. а, б, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ на 3 года 6 месяцев лишения свободы в воспитательной колонии общего режима. Определением судебной коллегии от 22 ноября 2000 г. данный приговор отменен, а дело направлено на новое судебное рассмотрение, поскольку в ходе судебного разбирательства, в нарушение ст. ст. 68, 314, 315 УПК РСФСР, не было установлено время совершения преступления: органы предварительного следствия в постановлении о привлечении в качестве обвиняемых и обвинительном заключении пришли к выводу о совершении З. и К. кражи с период с 1 по октября 1999 г., а суд в приговоре указал о совершении кражи в период с 1 по 4 сентября 1999 г., тем самым создав и не проверив версию об алиби подсудимых.

По тому же делу признавая подсудимых Д., К.В. и К.А., по 11 эпизодам обвинения (ч. 2 ст. 158 и ч. 3 ст. 158 УК РФ), суд, в нарушение ст. 314 УПК РСФСР, в описательной части приговора не описал преступные деяния по каждому из эпизодов, признанных доказанными, с указанием места и времени совершения каждого из них, а также способа совершения преступления, что, в свою очередь, повлекло отмену приговора, направление дела на новое судебное рассмотрение.

По делам о преступлениях, совершенных в группе, следует иметь в виду, что в соответствии со ст. ст. 68, 314 УПК РСФСР необходимо четко разграничить действия каждого из подсудимых и установить виновность каждого из них в инкриминируемых им деяниях. Данное требование не соблюдено Аскизским районным судом по делу Д., Т., К. и др., осужденных по п. п. а, б, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 3 ст. 33, п. п. а, б, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ и пр., рассматривая данное дело в кассационной инстанции, судебная коллегия пришла к выводу о том, что по отдельным эпизодам краж суд не указал в приговоре, в чем конкретно заключается роль каждого из подсудимых, участвовавших в преступлении, как не указал конкретного соисполнителя совершенного хищения. При таких обстоятельствах приговор был отменен, а дело направлено на новое рассмотрение (определение судебной коллегии 12 апреля 2000 г.).

Приговором Ширинского районного суда от 11 ноября 1999 г. Д. осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ за убийство Е. Отменяя данный приговор, судебная коллегия в своем определении от 15 марта 2000 г. указала, что судом не были проверены доводы осужденного о том, что Е. сам пришел к нему домой, завязал ссору, избил и покушался на честь его жены. Защищая жену и себя, он нанес Е. ранения, от которых наступила смерть потерпевшего. Суд оставил без внимания и постановление следователя о прекращении уголовного преследования в отношении Е. в связи с его смертью. В данном постановлении следственные органы признали установленными факты правонарушений, допущенных потерпевшим непосредственно перед смертью - избиение Д. и покушение на изнасилование его жены, что идет вразрез с версией обвинения против Д. Всем этим обстоятельствам суд оценки также не дал, чем нарушены требования ст. ст. 20 и 314 УПК РСФСР о необходимости всесторонне, полно и объективно исследовать все обстоятельства по делу и привести в описательной части обвинительного как доказательства, на которых основаны выводы суда, так и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Приговором Вершино-Тейской постоянной сессии Аскизского районного суда от 26 августа 2000 г. Ч.Е. осуждена по ст. 107 УК РФ на 2 года лишения свободы и освобождена по п. 3 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 18 июня 1999 г. Об объявлении амнистии. В соответствии с приговором Ч.Е. осудили за убийство своего сожителя Ч.А., совершенное в состоянии аффекта. По показаниям подсудимой, после совместного употребления спиртного с Ч.А. она легла спать, проснулась от избиения и дальнейшее не помнит. Очнулась в больнице, где узнала о том, что ударила Ч.А. ножом. Признав последние показания Ч.Е. достоверными, суд, в нарушение требований ст. 20 УПК РСФСР, не учел другие противоречивые показания осужденной, не выяснил эти противоречия и не дал им в совокупности должной оценки. Кроме того, показания Ч.Е., в которых она выдвинула версию, отличную от ее последних показаний, вообще не были оглашены в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РСФСР, что необходимо было сделать в данном случае. Кроме того, суд не принял меры к вызову и допросу в судебном заседании свидетельницы Б., которая видела Ч.Е. и Ч.А. после случившегося и была осведомлена о происшедшем непосредственно от них. По этим основаниям приговор суда отменен и дело направлено на новое расследование (определение судебной коллегии от 6 декабря 2000 г.).

Определением судебной коллегии от 25 октября 2000 г. отменен приговор Абаканского городского суда от 6 июля 2000 г. в отношении А., осужденного по п. п. а, б, в, г, д ч. 2 ст. 161 УК РФ, а дело направлено на новое судебное рассмотрение в связи с допущенными по нему существенными нарушениями ст. 20 УПК РСФСР. В обоснование обвинительного приговора суд сослался на показания А. о качестве подозреваемого о совершении им грабежа и на протокол его опознания потерпевшим. Однако в соответствии со ст. 165 УПК РСФСР при невозможности предъявления лица опознание может быть произведено по его фотокарточке, но если опознающий опознал по фотографии одно из предъявленных ему лиц, ему предлагается объяснить, по каким приметам или особенностям он узнал данное лицо. В данном случае этого следственными органами сделано не было. А. же при предъявлении ему обвинения и в судебном заседании полностью не признал себя виновным в открытом похищении чужого имущества, а других доказательств его виновности обвинением представлено не было.

Определением судебной коллегии от 4 октября 2000 г. отменен вследствие неполноты произведенного судебного следствия приговор Боградского районного суда от 17 июля 2000 г. в отношении К., Г., З. и П., осужденных по п. п. а, б, в, г ч. 2 ст. 158, п. в ч. 3 ст. 158 УК РФ и др. Признавая К. виновным в кражах, суд сослался на показания свидетеля О., которая, по утверждению подсудимого, могла подтвердить его алиби, однако в судебное заседание не явилась. Тем не менее, при отсутствии оснований предусмотренных ст. 286 УПК РСФСР, были оглашены показания не данного свидетеля, а показания ее матери - О. Без каких-либо законных оснований, предусмотренных ст. 286 УПК РСФСР, оглашены в судебном заседании и показания свидетеля Х., несмотря на то, что причина его неявки судом установлена не была.

Вершино-Тейской постоянной сессией Аскизского районного при осуждении К. допущены противоречия между описательной и резолютивной частями приговора, вынесенного 19 января 2000 г. Указав в описательной части приговора о доказанности совершения К. деяния, предусмотренного п. п. б, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд в резолютивной части приговора признал подсудимого виновным в совершении преступления, предусмотренного п. п. а, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Приговором Ширинского районного суда от 19 мая 1999 г. по п. в ч. 3 ст. 132 УК РФ осужден К. При этом ни органами предварительного следствия, ни судом не была надлежаще проверена личность осужденного. В период отбывания наказания было установлено, что в действительности осужденный не К., а О., что и было подтверждено соответствующими запросами по местам жительства как О., так и К. В связи с тем, что данные о личности осужденного не были установлены с достаточной полнотой, Президиум Верховного суда РХ, руководствуясь п. 3 ч. 2 ст. 343 УПК РСФСР, отменил приговор и направил дело на новое расследование (Постановление от 10 ноября 2000 г.).

Определением судебной коллегии от 5 января 2000 г. отменен приговор Абаканского городского суда от 28 сентября 1999 г., которым Е.Н. и Е.В. оправданы по ст. 115 УК РФ за недоказанностью их участия в совершении преступления. Основанием к отмене явилось то, что в нарушение требований ст. 302 УПК РСФСР имеющийся в деле приговор был постановлен не в совещательной комнате и не является подлинником вынесенного по делу судебного решения. В действительности подлинник приговора был написан председательствующим от руки, но в дальнейшем из дела изъят и заменен неидентичным этому подлиннику машинописным текстом.

Другие существенные нарушения ст. 302 УПК РСФСР допущены Ширинским районным судом при вынесении приговора от 11 сентября 2000 г. по делу К.К., А.Е., А.М., А.А. и К.С., осужденных по п. п. а, б, г ч. 2 ст. 158 УК РФ. Согласно протоколу судебного заседания, оснований сомневаться в достоверности которого не имеется, суд выслушал судебные прения и последние слова подсудимых 8 сентября 2000 г., после чего немедленно удалился в совещательную комнату, в тот же день вышел оттуда и провозгласил приговор. Сам же приговор датирован 11 сентября 2000 г., что свидетельствует о том, что он был изготовлен уже после его провозглашения. В соответствии с ч. 2 ст. 345 УПК РСФСР приговор подлежит отмене во всяком случае, если нарушена тайна совещания судей при постановлении приговора, что и было сделано судебной коллегией 29 ноября 2000 г. с направлением дела на новое рассмотрение.

Нередко суды не соблюдают указания ст. 312 УПК РСФСР о том, что исправления в приговоре должны быть оговорены и оговорки подписаны всеми судьями в совещательной комнате до провозглашения приговора. Невыполнение этого требования явилось одной из причин отмены приговора Алтайского районного суда в отношении К., осужденного по п. а ч. 3 ст. 286 УПК РФ, в котором имелись подчистки и сделаны дописки, не оговоренные и не удостоверенные составом суда (определение судебной коллегии от 22 марта 2000 г.).

Приговором Абаканского городского суда от 27 октября 1999 г. несовершеннолетний К. осужден по п. п. б, д ч. 2 ст. 131 УК РФ на 5 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Этим же приговором в пользу потерпевшей взыскан моральный вред в размере 6667 рублей с законного представителя К. - Б. Постановлением Президиума Верховного суда РХ от 24 апреля 2000 г. данный приговор в части гражданского иска отменен и дело направлено на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. В своем Постановлении Президиум указал, что в соответствии со ст. 1074 ГК РФ несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет самостоятельно несут ответственность за причиненный вред на общих основаниях и лишь в случае, когда у несовершеннолетнего нет доходов или иного имущества, достаточных для возмещения вреда, вред должен быть возмещен полностью или в недостающей части его родителями. На момент совершения преступления К. был в 16-летнем возрасте, однако суд не выяснял вопрос о возможности возмещения вреда им самим. Кроме того, судом, в нарушение требований ст. 55 УПК РСФСР, не вынесено определение о признании Б. гражданским ответчиком; ей не разъяснены ее права, предусмотренные данной статьей и не обеспечены условия для реализации этих прав.

 

3) Нарушения, допускаемые при направлении дел для дополнительного расследования

 

Определением Усть-Абаканского районного суда от 17 февраля 2000 г. дело в отношении М., М. и В. по п. п. а, г ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 327 УК РФ и др. направлено на дополнительное расследование. Определением судебной коллегии от 5 апреля 2000 г. данное определение о направлении дела на дополнительное расследование отменено и дело направлено на новое судебное рассмотрение. Как установлено в кассационной инстанции, направляя дело для дополнительного расследования по собственной инициативе, суд первой инстанции, сославшись на п. 3 ч. 1 ст. 232 УПК РСФСР, указал, что подсудимой М. предъявлено обвинение в подделке официального документа в целях его использования, тогда как ее действия существенно отличаются по фактическим обстоятельствам от предъявленного обвинения и содержат более тяжкий состав преступления, чем ей предъявлено. Между тем, в соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 3 части 1-й ст. 232, части 1-1 ст. 258 УПК РСФСР в связи с запросами Иркутского районного суда Иркутской области и Советского районного суда г. Нижний Новгород на суд не может быть возложена несвойственная ему функция обвинения и он не может по собственной инициативе возвратить дело на дополнительное расследование для предъявления более тяжкого обвинения.

Кроме того, в соответствии с тем же Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 3 части 1-й ст. 232, части 1-1 ст. 258 УПК РСФСР в связи с запросами Иркутского районного суда Иркутской области и Советского районного суда г. Нижний Новгород суд не может по собственной инициативе возвращать уголовное дело прокурору в случае невосполнимой в судебном заседании неполноты расследования. Именно по этим основаниям было отменено определение Черногорского городского суда от 28 сентября 2000 г. о направлении для дополнительного расследования дела по обвинению Т.Ю., Т.А., Ф. по п. п. а, б, в, г ч. 2 ст. 158 УК РФ, вынесенное в связи с допущенными, по мнению суда первой инстанции, нарушениями ст. 20 УПК РСФСР (определение судебной коллегии от 15 ноября 2000 г.).

Определением Саяногорского городского суда возвращено для дополнительного расследования дело в отношении Р., обвиняемого по п. п. а, б ч. 2 ст. 166 УК РФ. Р. виновным себя не признал и пояснил, что никакими транспортными средствами не завладевал, в аварию не попадал, а 19 мая 2000 г. был избит неизвестными лицами. Направляя дело для дополнительного расследования, суд указал о необходимости проверить алиби подсудимого. Отменяя данное определение, судебная коллегия в своем определении от 30 августа 2000 г. указала на то, что суд, в нарушение ст. 245 УПК РСФСР о равенстве прав участников судебного разбирательства, ст. 53 УПК РСФСР, предусматривающей права потерпевшего, и из смысла главы 23 УПК РСФСР, регламентирующей проведение судебного следствия, следует, что по всем заявленным ходатайствам следует выслушивать мнение потерпевшего. Аналогичные требования содержатся в ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и Постановлении Конституционного Суда РФ от 15.01.1999 N 1-п По делу о проверке конституционности положений частей 1-й и 2-й статьи 295 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина К.. Между тем, из протокола судебного заседания по делу видно, что потерпевший присутствовал в зале судебного заседания, однако его мнение о необходимости направления дела на дополнительное расследование не выяснялось. Данное обстоятельство судебная коллегия расценила как ограничение прав потерпевшего, что повлекло существенное нарушение норм уголовно-процессуального закона.

Постановлением судьи Саяногорского городского суда от 29 ноября 1999 г. дело в отношении С., обвиняемого по ст. ст. 116, 119 УК РФ, направлено на дополнительное расследование. При этом судья сослался на то, что органы дознания не установили мотивы преступления, не раскрыли объективную и субъективную стороны деяния, не привели доказательств виновности С. в высказывании угрозы убийством. Также органам дознания было предложено правильно указать уголовный закон, под который подпадают действия С., устранить противоречия в показаниях обвиняемого и потерпевшей, собрать на потерпевшую характеризующие данные. Рассмотрев данное дело, Президиум Верховного суда РХ в своем Постановлении от 31 января 2000 г. указал, что в протоколе досудебной подготовки материалов о совершенном С. деянии приведены мотивы, описаны субъективная и объективная сторона преступления, дана соответствующая квалификация действиям обвиняемого. Характеризующие данные на обвиняемого и потерпевшую в материалах имеются. Если же суд посчитает их недостаточными, у него имеется возможность запросить дополнительные данные. Преждевременно судом поставлен вопрос и об имеющихся между обвиняемым и потерпевшей противоречиях. В судебном заседании они не были допрошены, показания свидетелей не выслушаны, имеющиеся документы не исследованы и оценка им не дана. При таких обстоятельствах Президиум пришел к выводу, что постановление о направлении дела на дополнительное расследование было вынесено с нарушением ст. ст. 232, 258 УПК РСФСР, в связи с чем оно отменено, а дело в отношении С. направлено на новое рассмотрение.

Постановлением судьи Вершино-Тейской постоянной сессии Аскизского районного суда от 19 июня 2000 г. дело в отношении Р., обвиняемого по ч. 2 ст. 145 УК РСФСР, направлено на дополнительное расследование. При этом судья сослался на то, что уголовное дело в отношении Р. было прекращено и последующие следственные действия в отношении него произведены незаконно, без возбуждения нового уголовного дела. Между тем, из материалов дела видно, что оно было возбуждено 2 ноября 1995 г., а затем прекращено 8 февраля 1996 г. за отсутствием в действиях обвиняемого состава преступления. Однако в дальнейшем постановление следователя о прекращении дела было отменено Постановлением и.о. заместителя прокурора Аскизского района от 13 июня 1996 г. и дело направлено для производства предварительного расследования. При таких обстоятельствах следует признать, что после отмены постановления о прекращении дела предварительное расследование проводилось на законных основаниях. При таких обстоятельствах Президиум Верховного суда РХ отменил Постановление судьи в отношении Р. и направил дело на новое судебное рассмотрение (Постановление от 19 июня 2000 г.).

Определением Вершино-Тейской постоянной сессии Аскизского районного суда от 14 февраля 2000 г. дело в отношении К., обвиняемого по п. г ч. 2 ст. 158 и п. б ч. 2 ст. 161 УК РФ, направлено для дополнительного расследования. Как на одно из оснований для принятия такого решения, суд сослался на нарушение права К. на защиту, которому при задержании, несмотря на его ходатайство, не был предоставлен защитник, и он был допрошен в качестве подозреваемого без участия адвоката. Отменяя определение суда первой инстанции и направляя дело на новое судебное рассмотрение, судебная коллегия указала, что органами предварительного расследования в данном случае действительно были нарушены требования ст. ст. 47, 48 УПК РСФСР, однако это нарушение не является основанием для направления дела на дополнительное расследование, поскольку при предъявлении К. обвинения ему был предоставлен защитник, который и в дальнейшем принимал участие в деле на протяжении всего предварительного следствия (определение судебной коллегии от 12 апреля 2000 г.).

Определением Ширинского районного суда от 25 мая 2000 г. дело по обвинению К. по п. п. а, б, г ч. 2 ст. 158, п. а ч. 3 ст. 158 УК РФ и др. направлено для дополнительного расследования по тем основаниям, что следственные органы не предоставили К., плохо владеющему русским языком, переводчика. Между тем, из материалов дела видно, что следователь во всех случаях до начала следственных действий разъяснял К. право пользоваться услугами переводчика, однако К. заявил, что в услугах переводчика не нуждается и желает давать показания на русском языке. Оснований сомневаться в хорошем знании К. русского языка не имеется, поскольку об этом свидетельствуют его собственноручные записи в материалах дела. При таких обстоятельствах судебная коллегия своим определением от 12 июля 2000 г. отменила определение суда о направлении дела на дополнительное расследование и направила его на новое судебное рассмотрение.

Постановлением судьи Абаканского городского суда от 26 июня 2000 г. дело по обвинению Л. и О. по п. а ч. 2 ст. 160 УК РФ возвращено для дополнительного расследования со стадии досудебного разбирательства в связи с тем, что следственные органы, по мнению судьи, необоснованно предъявили Л. обвинение по названной статье, поскольку ему не было вверено похищенное имущество. Отменяя данное Постановление, судебная коллегия в своем определении от 2 августа 2000 г. указала, что при назначении судебного заседания судья, в соответствии со ст. 222 УПК РСФСР, вправе лишь выяснять вопрос о достаточности собранных доказательств, однако не вправе давать этим доказательствам оценку, поскольку они еще не были предметом судебного разбирательства. В соответствии со ст. 240 УПК РСФСР суд обязан непосредственно исследовать доказательства по делу: допросить подсудимых, потерпевших, свидетелей, заслушать заключения экспертов, огласить протоколы и иные документы. В нарушение этого требования судья без надлежащего исследования доказательств дал им предварительную оценку, на основании которой и сделал преждевременные выводы о правильности квалификации действий обвиняемых.

 

Заместитель Председателя

Верховного суда

Республики Хакасия

Ю.С.УЛТУРГАШЕВ